-219-

Александр
 

22 ноября 1888, Петербург

Доверенность твою я получил и должен сообщить тебе, что ты далеко не так гениален, как сам о себе это думаешь. При выдаче мне твоей премии доверенность твою Академия наук подошьет к делу. Об этом меня любезно уведомили в канцелярии Академии (да я и сам это предчувствовал, как знакомый с таможнею). Тебя же эта концелярия утешает просьбой не спешить ожиданием: Академии ассигновки написать нада: 1) на суммы, 2) наличность оных, 3) на купоны (?), 4) на причитающиеся %, 5) еще что-то такое, и по исполнении всех сих доблестей я пойду в участок, где попрошу убедить меня в том, что я есть именно тот, кому ты неразумно доверил свое достояние и свою славу, и затем передам твои деньги Волкову с Сыновьями. Ранее этого не жди. Завтра, когда это письмо будет уже в дороге, я заеду не в канцелярию уже, а к Гроту, и с курьерским, если успею, дам ответ, и ты получишь 2 письма сразу.

Если мне действительно, как стращают, придется оставить доверенность твою в Архивах Научного хлама, то на постановку твоих пьес присылай другую. О сем я тебя своевременно уведомлю. Завтра же я еду к Савиной и, если она соблаговолит принять меня во фраке, немедленно отпишу, ибо "Медведя" хочет и хлопочет ставить она. Во всяком же случае постараюсь по мере сил и мозуха в голове исполнить желаемое тобою. Жаль только одно, что времени у меня мало, или, вернее, оно глупо распределено: и день и ночь репортерствую, секретарствую в редакции и дома только обедаю и по ночам приношу доказательства Наталье Александровне в том, что я -- мужеского пола.

Насчет письма о продуктах элоквенции на смерть Гюго я со стариком-генералом не говорил, но fils {Сын (фр.).} рекомендует тебе порекомендовать спрашивающему тебя следующее соч.: "Шмаков. Европейские ораторы". По словам Алексея Алексеевича, здесь есть все, так что работа моя в поисках в "Новом времени" делается излишнею. Цена книге 3 р. Есть она во всех книжных магазинах России.

Праздновали юбилей Максимова[1]. Отчет -- мой. На празднике был Лейкин и доказал, что он дурак. Это признано всеми. Вел себя по отношению к общему настроению бестактно: желая сказать спич в честь Максимова, начал с перечня своих достоинств и работ так некстати, что был дернут за фалды фрака и произвел тягостную минуту всеобщего молчаливого замешательства.

Обо мне он, между прочим, по секрету передал Лялину (Петербуржцу), что я перефразирую его рассказы и выдаю за свои. Мало того, он приезжал к Суворину с замечанием, что я дал в газету "Новое время" неверное сообщение о ледоходе и собаке, занесенной льдом в таможенный пакгауз. Этим изобразил из себя просто нелепого идиота, вызвал целый поток сарказмов со стороны Буренина; мои заметки печатаются по-прежнему, я нисколько не пострадал; но он сделал еще лучше, чтобы поправиться: поехал в адмиралтейство справляться, шел ли лед, и об этом торжественно заявил при публике на юбилее Максимова. Все только рты разинули. Я едва удержался от дерзости. До сих пор никто не знает, чего именно он хочет, к чему стремится? Если ты с ним еще в переписке, напиши ему, чтобы он не подымал себя на смех у нововременцев, знающих меня хорошо, подозрением в переделке его рассказов.

Теперь мои семейные дела. Я -- ничего. Дети здоровы. Жду тебя, но если ты думаешь приехать в Питер на премию, то подожди по причинам, изложенным выше. Нат. Алекс, ежедневно объедается, принимает слабительное, страждет животом, клянется быть воздержной, но не держит слова. Водку пьет, заражена нигилизмом и либерализмом. Относительно всего остального могу под ее портретом сделать надпись, виденную мною в детстве на постоялом дворе на картине, где гориллы похищают и разгрызают негритянок, а англичане в котелках палят из ружей. Надпись эта проста, но выразительна: "Сей страстный и любострастный зверь..." -- далее писать нечего; если только ты умный человек.

В редакции все по-старому. Приезжай с сестрой. Завтра жди письма с курьерским. Если не пришлю, значит, не успел по случаю репортерства, и тогда пришлю на другой день с почтовым. Даже в случае неудачи у Грота и у Савиной дам знать открытым. Будь здоров. Пойду спать. 3 часа. Поклоны.

Гусев.

Встретил на Невском Жоржа Линтварева. Жду к себе.