|
|
Антон Между 18 и 24 апреля 1888, Москва Столп злобы! О, иудино окаянство! Во-первых, ты глупо сделал, что из 13 р. не взял себе 7; во-вторых, магазин не должен рассуждать, а ты не должен советоваться с ним о том, пора или не пора печатать "Сумерки". Печатать их пора. Что касается ответа М.Суворина, то он штаны. Возвращаясь из Питера, я не нашел своей книги ни на одной станции; на днях был на Нижегородском вокзале и тоже не видел. Барышни жалуются, что негде достать мою книгу. Один человек, очень знакомый, придя в магазин Суворина (в конце марта или в начале апреля) купить книгу, получил в ответ -- "нет! нет!". При нем пришел другой за тем же и получил тот же ответ... Кто же прав? Я или ваша "контора контрафакции"? Я увольняю тебя на сей раз от письменного и устного объяснения с контрагентством. Поговорю сам, а ты молчи... В книжной торговле Суворина беспорядки свирепые... Так нельзя. Книга моя идет хорошо, т.е. требования на нее большие, а достать негде... Чёрт знает что! Старичина обещал быть в Москве на этой неделе. Попрошу его, чтобы прогнал тебя, болвана. Ты провонял всю газету. Неужели нельзя добиться правды в болезни Анны Ивановны? Что у нее нарыв где-то, я знал еще тогда, когда Кнох определил бугорчатку. Если нарыв в печени, то какой это нарыв? Не от камня ли, остановившегося на пути и закупорившего собою один из ductus'ов {Проток (лат.).} в паренхиме печенки? Страдала ли Анна Ивановна раньше печеночными коликами? 5 мая наш караван двигается на юг в "г.Сумы Харьковской губ., усадьба А.В.Линтваревой". Мишка сегодня уехал[1]. На днях оканчиваю повесть для "Северного вестника"...[2] С мая по сентябрь не буду писать ничего крупного. Займусь мелкой работой, по коей скучаю. Деньги на проезд есть, а что будем кушать в Сумах, про то не знаю... Буду ловить рыбу и ею питать своих престарелых родителей. Сними штаны и высеки себя. Остаюсь недовольный тобою Благороднов. |











Свободное копирование