-161-

Александр
 

11--12 ноября 1887, Петербург

Внимай!

Получил сейчас твое открытое письмо и недоумеваю: ты велишь дать Голике и Петерсену по экземпляру и тебе выслать пяток книг. Но каких? "Сумерки" у Петерсена есть, так же, как и "Невинные речи". Голике я вручил 1 экз. "Невинных речей". Если ты требуешь высылки тебе "Сумерек", то объяснись категоричнее. "Невинных речей" у меня в распоряжении более нет.

Буренин и Петерсен спрашивают, писать ли им о "Невинных речах"? Ты в одном из писем ко мне запретил, а я это запрещение разблаговестил. Оба они теперь ждут твоего разрешения.

Поздравляю с постановкой "Иванова" в Саратове, жалею, что идет бесплатно. Но удивляюсь, что пиеса твоя есть в Саратове, а в Питере ее нет. Невежин говорил на днях, он читал "Иванова", записанного скорописной машиной Ремингтона. Если есть оттиски, не дурно бы хоть один дать Питеру, а то выходит что-то географически нелепое.

Анна уже неделю лежит в постели. Знобит, болит живот и температура 37,5--39,7. Что будет -- не знаю, но дни страдные для меня уже начались.

Общество покровительства животным решило в последнем собрании своем благодарить тебя за теплое отношение к быкам в статье "Холодная кровь". Вероятно, пришлют письменный адрес. Буренин советует для смягчения "животного" восторга подсунуть этому Обществу твой рассказ, где Неро съедает котят[1].

Деньги, само собою, вышлю без замедления. Ты же спеши записаться в Драматическое общество. Провинциальные антрепренеры рады даровщинке.

Нового нет ничего, кроме хвори и пакостной погоды. Получил ли ты письмо со вложением записки Ивану? Получила ли мать благодарственное письмо? Получил ли ты типографский счет наконец?

Анисим Вас. Петров (не дюже маленький) прислал мне из Таганрога преглупейшую корреспонденцию для "Нового времени" и требует не только ее безусловного помещения в газете, но даже гонорара и высылки газеты за целый год. Убежден, что его маранье -- верх совершенства. Употребляет даже коверканные иностранные фразы: "temps is money", но пишет "temp esto manet".

Вырезку из "Петербургской газеты" прислать сейчас не могу, но характер отзыва сообщаю в виде выписки (No 306).

"Заканчивая этим речь о "плодах мгновенных впечатлений", я позволяю себе резюмировать, что разница между г. Щегловым и г.Чеховым выражается в том, что первый, если светит, то отраженным светом, получаемым извне, второй же издает свой собственный свет, т.к. произведения г.Чехова достаточно оригинальны положениями, мотивировкою и общею художественною архитектурою их внешней формы". "Н. Ладожский".

Последняя строка принадлежит перу Авсеенко, который a la Лейкин исправил Петерсена. Так по крайней мере он сам жаловался. Комментировал он твое: "Враги".

Когда идет "Иванов" у Корша? Когда ты думаешь в Питер? Когда напишешь о Николае? И, о окаянный! -- получил ли бандеролью "грязные" брошюрки?

Аннушка и Танька, уезжая, т.е. совсем садясь на извозчика, ухитрились украсть столько посуды, что в этот день обедать было не на чем. И теперь каждый день открываются новые пропажи. Не столько это бесит меня, сколько заставляет сожалеть, что такая масса гениальных способностей ушло не на добро, а на воровство. В первых числах декабря Аннушка зайдет к тебе за дополучением 4-х рублей, которые я ей должен и которые вышлю тебе с твоим гонораром. Береги штаны и еже в карманах.

Особенного, кажется, сообщить нечего. Ответил ли ты "Роднику"[2]? Как здоровье?

Сейчас иду в Думу на заседание и по дороге занесу эти строки в ящик курьерского.

Здравствуй.

Твой А.Чехов.

P.S. Пора бы уже нам свидеться. Напиши хотя гадательно, когда думаешь приехать. Если не скоро, то, может быть, мне удастся смахать в Москву к постановке твоей пьесы? Любопытно посмотреть и по-братски... освистать.