17 февраля. Москва. «Милый М. M.! Спасибо Вам за те милые строки, в которых Вы говорите обо мне лично. И меня порадовала встреча с Вами. Очень буду рад, если судьба снова занесет Вас сюда и Вы дадите мне знать о своем приезде.
Как Ваши мемуары? Надеюсь, Вы их продолжаете. Было бы более, чем жалко, если вы их бросите. Льщу себя надеждой еще раз послушать их в Вашем простом, но выразительном чтении.
Очень хочу Вас повидать и не прочь сделать это в скором времени. Весь Ваш, Беляев».
Загорск. «Глубокоуважаемый М. МЛ Наступают дни Великого поста. Рассматривая свою жизнь во Владимире, чувствую себя очень виноватой перед Богом, собою и Вами. Вот в той части, где виновата перед Вами, приношу покаяние, сознавая, что я Вам доставила одни огорчения, массу забот и большие денежные издержки. Мне хотелось доставить Вам и полезное, и приятное, а вот я ничего не сумела Вам дать. Простите меня великодушно — Вы были и терпеливы, и добры, и внимательны ко мне.
Я очень слаба душевно. Мне нужна религиозная поддержка, и Вы мне дать ее не могли — отсюда все трудности. Я могу жить или в религиозной атмосфере, или в очень тяжелых физических условиях, как это было на Лубянке,» в больнице им. Яковенко, где суровость уравновешивала душевные страдания…
Спасибо Вам, что Вы дали мне возможность повидать чудесный собор, о котором так много говорила мне С.В.Олсуфьева. Благодарю очень и за фуфаечку, так как у меня в комнате стоит полярный холод, и она очень помогает переносить лютую стужу. Очки тоже такие, каких нет ни у кого. Материальная помощь Ваша огромна. Я очень поправилась, сердце исправно, нервы приходят в порядок.
Посылаю Вам маленький подарочек: "Лирику 18 века" с отцовским автографом. Она, думаю, будет Вам приятна, как память об отце моем. Т.Розанова».
Свободное копирование
