«Глубокоуважаемый Михаил Михайлович! Отвечаю на Ваше письмо. В первый раз Владимир Александрович был у меня тотчас по возвращении своем в Москву. Он был с К.Н.Игумновым. В.А. произвел на меня впечатление очень нервного, издерганного жизнью человека. Его наружность, несмотря на убогий костюм, показалась мне привлекательной, изысканной, но что больше всего меня пленяло — это его чудесный дар, его силуэты, остроумные, выразительные, жизненные. Я был поражен не только техническими приемами его работ, но их содержательностью, композицией, изяществом… И я был уверен, что его работы будут скоро оценены, что и исполнилось.
В. А. бывал у меня не раз, преображаясь внешне и внутренне. Мое отношение к нему было неизменно искренне доброжелательное, и я был уверен, что он выйдет на большую дорогу в художестве.
Я и посейчас не могу забыть его, такого элегантного, умного особым умом, умом артиста.
Я очень, очень жалею о нем, о ранней и случайной его гибели.
Что же касается написания его портрета, то от этого отказываюсь, так как пишу только с натуры, и скажу Вам, что при жизни В. А. мне не раз приходила мысль написать с него. Он был благодатным материалом для красивого портрета, увы! не современного молодого человека.
Желаю Вам полного успеха в Вашем намерении почтить память чудесного молодого художника. С уважением остаюсь, Михаил Нестеров. 1938 г. 14 августа.
P. S. За фотографию благодарю, она не очень удачна — оригинал был иной. М. Н.».
Свободное копирование
