Долгое будущее - 200

12 апреля

Эту весну как весну, как время года, совершенно независимо от того., что война и прочее, — я переживаю так же остро, как когда-то в, Пятигорске, когда мне было шестнадцать лет. Может быть, все пятигорские весны слились для меня в воспоминание про одну и ту же весну... Поляны, сплошь покрытые благоухающими фиалками так, что казались лиловыми коврами среди леса; зеленые склоны Машука, цветущая яблоня у Эоловой арфы... Я видела ее осыпанную бледно-розовыми цветами. Меня, как острое счастье, пронизывал ее запах. Мне казалось в ту весну в Пятигорске, что я, как чаша, «наполнена счастьем». И было страшно расплеснуть хоть каплю. Мы с Ирочкой, моей маленькой сестрой, уходили далеко за Провал собирать фиалки. Они были разные в разных местах. В лесу, где было темно и сыро, они были темно-лиловые, на коротких стеблях и сплошь покрывали землю. У Горячего Нарзана они были рассыпаны среди вылезающей травки, голубовато-серые, очень крупные и на очень длинных стеблях. И запахи фиалок были тоже разные.

Здесь нет фиалок. Деревья еще серые, зимние. Грязь, и мороси т не то дождик, не то мельчайший снег. Но я наполнена счастьем и тайно от всех наслаждаюсь весной. Здесь она северная, скупая,, скрытая неизвестно где и в чем, но она победоносно звучит мне огромной симфонией, я слушаю ее, и мне хорошо, как было когда-то. С раннего утра душа начинает мурлыкать от предчувствия тепла и солнца, а к полудню я уже пою во весь голос от глубокой горячей веры в нашу Победу, в конец войны!