МАСТЕРСКАЯ НЕ РЕЗИНОВАЯ –
А вот как это началось.
В дом поднялась экскурсия, человек двадцать.
Лиля сказала:
— Пора познакомиться, поднимусь-ка и я тоже.
Она и не представляла размеров своей дерзости. Перед вдовой Волошина трепетали. Приема удостаивались избранные.
Лиля преодолела крутые ступени наружной лестницы, одышалась на балконе, толкнула дверь в темный предбанничек, и впервые услышала голос Марии Степановны, доносившийся справа, из мастерской.
Сразу — еще до проникновения в смысл — поражал словарь: изысканный, породистый, дворянский. Теперь так не говорят.
Иногда рассказ перебивался стихами, которые, как и всё здесь, были пропитаны запахом времени, сухого дерева и моря.
Сперва невысокая Лиля уткнулась в спины, но затем, раздвинув людей, увидела старуху с короткой стрижкой, с грубоватым крестьянским лицом, сидевшую за самодельным дощатым столом, отполированным солнцем и локтями.
Контраст между лицом и речью был поразительным!
Не изменяя тона, Мария Степановна сказала на вполне современном языке:
— Я же просила больше никого не пускать — мастерская не резиновая.
"Действительно, — подумала Лиля, — до чего бессовестные некоторые, ведь народу уже и так много".
Она устала стоять и, поискав глазами, уселась на ступеньку, ведущую в нишу.
Мария Степановна читала "Дом поэта" — стихотворение длинное. Лиля с наслаждением слушала, покачиваясь в такт ритму.
Чтение резко оборвалось.
— Это я вам говорю!
Лиля с недоумением оглянулась: кто это такой настырный?
И вдруг поняла. И встала.
— Мне? — спросила она.
— Вам, вам!
— Но ко мне это не относится, — простодушно сказал! Лиля, — у меня письмо от Виктора Андронниковича Мануйлова.
И села.
Мария Степановна, наверное, решила: "Ну что с дурой связываться?" — и продолжала чтение.
Потом все по одному потянулись по ветхой лестнице в кабинет.
— А вы чего же?
— Мне не хочется, Мария Степановна. Я лучше в другой раз, когда никого не будет.
— Подойдите, — сказала старуха.
Лиля подошла.
— Читайте ваше письмо.
Лиля вытащила записку, но через несколько слов остановилась.
— Дальше про нас, мне неудобно.
На следующий день, когда меня везли на пляж, Мария Степановна сама спустилась ко мне со своей верхотуры. Случай в Коктебеле неслыханный.
Так завязалась наша нежная многолетняя дружба, начало которой мы всегда вспоминали со смехом.
Свободное копирование
