А вечером пришла энергичная Наталья, сказала, что обсудила всё со своими, они не возражают, и, видя мои колебания, схватила мою полосатую сумку, ручку у которой еще год назад починил Алик Кобылянский, и потащила наверх, Они втроем - Наташка, Милка Хачатурова, которую я знала только в лицо, и Ленка Левчук, шестикурсница, которую я видела в первый раз в жизни, как и она меня, жили в 121 комнате на четвертом этаже возле небольшого холла, мы его называли аппендиксом - небольшое пространство посреди коридора с окном на улицу, на месте которого могло бы быть еще 2 комнаты, но их почему-то не было.
Я взяла чемодан, покидала туда вещички и, покорившись судьбе, тоже пошла наверх. Мы прожили в этой комнате вчетвером довольно интересный, сумбурный год, после чего все разбежались - Наталья вышла замуж, Лена поступила в аспирантуру и переехала в аспирантское общежитие, Милка поселилась с какой-то своей подругой, а я тоже вышла замуж, о чем и не подозревала в сентябре, и мы поселились опять с Люсей, но это через год, а пока я присматриваюсь к новым сожительницам - разговорчивой Милке (Алексей позднее скажет - у тебя бывают паузы в разговоре, а у нее нет), увлеченной наукой Ленке Левчук, старше нас на два года, уже делающей диплом строгой голубоглазой девушке, и привыкаю к постоянному, иногда довольно утомительному присутствию Тольки Бернштейна, по-прежнему постоянного друга Наташки. В отличие от Толстопятовой, которая всегда уводила Славку из комнаты, и он заглядывал к нам лишь на несколько минут перед тем, как они куда-нибудь шли, Толик торчал у нас постоянно - впрочем это было почти во всех комнатах, когда у какой-нибудь девчонки из общаги появлялся постоянный кавалер, часто это длилось годами.
Но у Динки и Жени роман развивался довольно стремительно, и в сентябре, встретившись после 2-х месячного перерыва, они решили подать заявление в загс.
В это время родители Дины уехали на бархатный сезон, и я в очередной раз поселилась у нее.
Динка была по натуре жаворонок, а я сова и вообще сплюшка.
Рано утром Динка быстренько вскакивала и мчалась на первую пару в Курчатовкий институт, где у нас была общая база, мы с Дианкой обе были на кафедре "Биофизики".
А я просыпалась, не спеша, завтракала, радуясь тишине и покою, и шла ко второй паре. Подходя к институту, я встречала Фролову, которая уже мчалась обратно.
-Ничего интересного нет, нечего и ходить, - говорила она мне.
Но я, притащившись такую даль, всё же шла на занятия. А куда улетала Дина, я и не знала.
Возвращаясь с занятий, я не находила ее дома и варила суп - суп был постный и Динка на него фыркала. Но вечером приходил Женя, ел мой суп, Динкину селедку, картошку, молча съедал всё, что подавали, не нанося нам никаких обид и одинаково добросовестно уничтожая всякую еду вне зависимости от личности повара. Один раз он остался у нас ночевать в проходной комнате, а мы с Диной спали в спальне родителей. Динка, как всегда, утром умчалась на занятия. А я дрыхла, потом встала, приготовила завтрак и стала думать, как разбудить Женю. Зайти к нему в комнату я стеснялась.
А вдруг он уже встал и одевается, ширинку застегивает, а я влезу в неподходящий момент?
Походив по коридору, я придумала: взяла будильник, завела его на текущее время и поднесла к приоткрытой двери. Будильник шумно прозвенел и поднял Женю, который потом утверждал, что его разбудил будильник, стоящий в комнате на столе.
Дина возражала:
-Этого не может быть. Этот будильник уже 5 лет не только не звонит, но и вообще не ходит.
Не могли они никак понять, в чем дело.
Как-то раз утром, кажется, в субботу, Динка накрасила глаза, ресницы, аккуратно причесалась и надела свой выходной красный костюм.
Я сидела на постели и с интересом наблюдала за ней. Диана красилась далеко не каждый день.
-И куда это ты так собираешься? - поинтересовалась я.
-В зоопарк - Диана странно хихикнула. За ней зашел Женя, и они ушли.
Надо же, думала я, оставшись одна, и берясь за учебник. В институт она ездит, не красится. А тут перед тиграми ей макияж понадобился.
Вечером была вечеринка. Пришли девчонки, Ирка, Динкины одноклассники.
-Ну, как зоопарк? - спросила я, танцуя с Женей.
-Так ты всё знаешь, нам назначили на 30 ноября во дворце.
Я провернула информацию в голове довольно быстро, поняла, что зоопарк - это загс, и поздравила его и скрытную Фролову.
Когда родители вернулись, Диана им сообщила о своем решении.
- Папа, он ничего, он Женю уже знал, догадывался. Но для мамы это был удар. Она никак не могла поверить.
Ирка расстроилась, что теряет близкую подругу, которая, очевидно, уже не будет столько времени проводить с нами, ну, а я нисколько не расстроилась - Женя мне нравился, он был уже взрослый, на 8 лет старше нас, и чего тут было тянуть? Я считала, что всё получается, как получается, мне казалось, что они будут стабильной парой, и так и вышло. Да и времени у энергичной Динки на дружбу тоже хватало.
Наташкин день рождения отмечали, кажется мне, в этом году, девичником. Во всяком случае, я помню наш сбор у Натальи на квартире, мы приготовили сациви и плов, наелись, напились, и даже есть фотография - сидит разомлевшая Любочка Тютнева, а на коленях у нее валяется хохучущая Фролова, но может быть, фотография сделана раньше, у Динки на квартире, у Динки часто собирались наши девчонки и Динкин класс, особенно, когда родители были в отъезде.
Уже начиная с конца второго курса, вплоть до Динкиного замужества мы собирали девичники, видимо, сказывалось утомление от постоянного преобладания мужского народонаселения. Григорьев как-то автоматически положил этому конец, сначала они с Дианой были молодожены, и собирались у них, а он приглашал своих товарищей, позднее и я уже была замужем, и женским коллективом мы будем собираться снова, спустя несколько лет, и уже сокращенным, Ирка, Динка, я и Ленка Жулина.
Свободное копирование
