В окопах. 1915 год - 43

Воскресенье, 14 марта 1915 г.

 Фрейсине просил у меня аудиенции и извинился за то, что, будучи болен гриппом, сам предлагает мне определенный час для нее. Разумеется, я вызвался заехать к нему. Он ответил мне несколькими словами, изысканно любезными: "Ваш визит окончательно прогонит грипп, который уже на исходе. Заранее благодарю вас". Сегодня утром я был у него, он был одет по-домашнему, у него насморк, но голова работает прекрасно. Он говорит мне, что военная комиссия сената снова очень раздражена против Мильерана. Делегаты, назначенные ею для осмотра военных заводов, всюду нашли страшный беспорядок. В общем переделано только двадцать шесть тысяч ружей, а новые еще не производятся. Заказанные пятьсот орудий 75-миллиметрового калибра, о которых говорил Мильеран, еще не готовы. Фрейсине жалуется, что министр не умеет сломить силу инерции канцелярий своего министерства. Комиссия очень недовольна и против воли председателя выразила в своем докладе порицание.

 Я написал Мильерану подробное письмо и уведомил также Вивиани. "Все эти проволочки, -- пишу я Мильерану, -- тревожат комиссию также еще потому, что, надо думать, они еще более затруднят формирование новых частей. Я не могу найти для них объяснения после твоих приказов, очевидно, не выполненных. Еще раз умоляю тебя, прими меры и наложи строгие взыскания. Правда, генерал Баке, вступая в должность начальника артиллерийским управлением, имел смелость утверждать, что у нас слишком много орудий, но этого мнения не разделяет ни Госсе, ни Деламотт, ни многие другие специалисты, а при сомнении, -- если предположить, что здесь возможно сомнение, -- ясно, что надо производить, причем в как можно более быстром темпе".

 Меня посетил Поль Камбон. Он жалуется на бессистемные начинания (initiatives incohИrentes) Сазонова и сожалеет, [516] что Палеологу не удается положить этому предел. Русский министр занимается тем, что регламентирует на бумаге будущую оккупацию Константинополя (Петроград, No 418 и 419). Он требует, чтобы квартал святой Софии был предоставлен русским войскам. Ни дать ни взять, герцог Менуайль, граф Спадассен, излагающий Пикрошолю свои завоевательные планы: "Я велю построить храм Соломона". Но, в свою очередь, кардинал Гаспарри от имени папы просил монсеньера Аметта запросить французское правительство, нельзя ли будет восстановить в храме святой Софии католическое богослужение. Парижский архиепископ, обратившийся к Жюлю Камбону с этим запросом, сам напомнил при этом, что в 1453 г., в год взятия Константинополя турками, храм святой Софии уже был не католическим, а греко-православным, и от себя же добавил, что желание Ватикана рискует натолкнуться на притязания России. Жюль Камбон сообщил мне об этом разговоре. Он предлагает ответить монсеньеру Аметту, что, если дело дойдет до этого, Франция приложит все усилия, чтобы для католического богослужения было отведено в Константинополе другое здание. Но вместе со мной он считает ребячеством регламентировать заранее будущее города, который еще не взят.