17.276 Немного о Вознесенском

14-летний Вознесенский послал по почте свои стихи Пастернаку, и он оценил их. С тех пор их дружба не прерывалась до самой кончины Пастернака.

Когда в 1959 году "Литературная газета" напечатала поэму Вознесенского "Мастера", Пастернак написал ему, своему единственному ученику:

«Я – в больнице. Слишком часто стали повторяться эти жестокие заболевания. Нынешнее совпало с Вашим вступлением в литературу, внезапным, стремительным, бурным. Я страшно рад, что до него дожил. Я всегда любил Вашу манеру видеть, думать, выражать себя. Но я не ждал, что ей удастся быть услышанной и признанной так скоро».

Андрей Вознесенский стал известен с первым же чтением своих стихов перед массовой аудиторией. В 60-е годы Окуджава, Ахмадулина и Вознесенский участвовали в вечерах поэзии в большой аудитории Политехнического музея в Москве. Чтение стихов Вознесенского стало сенсацией.

Вечера поэзии в Политехническом музее собирали полные залы, а на поэтические чтения на стадионе в Лужниках в 1962 г. пришло 14 тыс. человек.

– На легендарном вечере в Политехническом Вознесенский читал свои полукрамольные строки:
Пожар в Архитектурном
Пылайте высоко
Коровники в амурах,
Райкомы в роккоко.

Андрей Андреевич Вознесенский родился 12 мая 1933 года в Москве. Он поэт моего поколения. Он понимает меня, а я его. У нас один опыт. Одно мироощущение.

Первые стихи Вознесенского были опубликованы в 1958 году. Его лирика непроста. Усложнённая ритмическая система, звуковые эффекты. Но ведь Маяковский тоже для многих сложен, а мной любим. С моего школьного детства. Я учил наизусть его стихи и читал их на школьных вечерах.

Фактически, Вознесенский ученик не только Пастернака, но и последнего футуриста Семена Кирсанова. И Маяковский был футуристом. Для меня футуристы - это люди, устремленные в будущее. Они и были такими.

Первый сборник Вознесенского «Мозаика» был издан во Владимире. Он немедленно навлёк на поэта гнев властей. Редактора сняли с работы, а тираж хотели уничтожить. Но уже второй сборник – «Парабола» -  сразу стал библиографической редкостью.

В 1962 году вышла третья поэма «Треугольная груша», в ней – цикл стихов «40 лирических отступлений» о своем пребывании в США в 1961 году.

И вот теперь на встрече с деятелями искусства под аплодисменты угодливого зала Хрущёв кричит поэту:
– Убирайтесь вон, господин Вознесенеский к своим хозяевам. Я прикажу Шелепину и он подпишет вам заграничный паспорт!

Поэт сошел с трибуны ...
Слава богу, не туда, где погиб Мандельштам.
Неожиданно помогло вмешательство президента США Джона Кеннеди. Он позвонил Хрущёву лично и попросил смягчить судьбу поэта и разрешить ему поехать в США для выступлений.

Вознесенскому разрешили выехать в США. И он сразу же стал там самым популярным из русских поэтов. Его стихи переводил Роберт Кеннеди. Вознесенский сдружился с поэтом-битником Алленом Гинзбергом. Он стал другом семьи Артура Миллера. А его встреча с Мерилин Монро запечатлена в таких строках:

  Я Мерилин Мерилин.
  Я героиня
  Самоубийства и героина.

Лишь недавно стала известна тайна подтекста этого стиха. В образе затравленной Мэрилин Монро поэт изобразил себя. Другие стихи ещё более откровенны:

  В Америке, пропахшей мраком,
  Камелией и аммиаком,
  Пыхтя, как будто тягачи,
  За мною ходят стукачи…

  Невыносимо быть распятым
  До каждой родинки сквозя,
  Когда в тебя от губ до пяток,
  Повсюду всажены глаза…

  Пусти, красавчик Квазимодо.
  Душа болит, кровоточа
  От пристальных очей свободы
  И нежных взоров стукача.

Все сразу понимали, что речь идёт не об Америке, а об СССР. Мы владели эзоповым языком в совершенстве.