ГЛАВА 4 1984 год
Моё пребывание в Чехословакии перевалило за экватор. Мне осталось здесь служить ровно два с половиной года. Очень тяжело, но в то же время и очень интересно работать в этом госпитале. Плоды своего труда видишь воочию — это выздоровевшие тяжёлые больные. Примером этого является больной, который находится сейчас у нас в отделении.
Рядовой Сергеев 19 лет поступил к нам по поводу сепсиса (заражения крови), остеомиелита крыла правой подвздошной кости и септической деструктивной двусторонней пневмонии, осложнившейся левосторонним пиогемопневмотораксом. Мы назначили ему очень интенсивное лечение: периодические переливания свежеконсервированной крови, плазмы, дезинтоксикационную терапию, витаминотерапию, введение анаболических гормонов и прочее. Однако главной в его лечении была антибиотикотерапия.
Вначале короткое время мы вводили ему импортные американские антибиотики, которые в небольшом количестве достали у чехов. Затем мы стали лечить его старыми нашими антибиотиками, которые имелись у нас в наличии, в том числе пенициллином. К этому антибиотику многие микробы не чувствительны, однако, согласно проведенным исследованиям, они всё же становятся чувствительными к нему, если антибиотик вводить внутривенно в дозе, превышающей в 10 — 20 раз обычную. Именно так мы и поступали. Кроме того, мы вводили его непосредственно в лёгкие через катетер, поставленный в трахею путём её пункции. Одновременно мы проводили местное лечение пиогемопневмоторакса. Больному также была произведена резекция крыла правой подвздошной кости. В аорту путём пункции бедренной артерии был введен катетер с целью проведения прицельной массивной антибиотикотерапии остеомиелита правой подвздошной кости. Проведенное лечение дало эффект. Сейчас больной поправляется, прибавил в весе. Это тот случай, когда при менее интенсивном лечении он умер бы.
Через наше отделение за два с половиной года прошло 19 больных с септической деструктивной пневмонией. Даже сейчас смертность среди таких больных достигает 75%. У нас же ни один из этих больных не умер, что является нашей гордостью. Лечили мы всех их примерно так же, как и описанного мною выше больного.
Для введения медикаментов в аорту и артерии мною была сконструирована специальная капельница длиною 3 метра. С её помощью мы поднимаем флакон с вводимым лекарством под потолок, чтобы преодолеть давление крови в артериях и аорте.
Когда я увидел пункцию трахеи для введения в неё катетера, то решил применить это для борьбы с асфиксией при отёке голосовых связок. При таком критическом состоянии больного необходимо срочно делать трахеотомию и вводить в трахею трахеотомическую трубку. Однако это всё же операция и сделать её не так-то просто, к тому ж для её проведения необходимо какое-то время. Я предложил для ликвидации асфиксии вводить в связку, находящуюся между щитовидным и перстневидным хрящами, две-три толстых иглы, через которые задыхающийся больной сможет какое- то время дышать. А затем уже можно спокойно сделать ему трахеотомию, если надобность в ней не отпадёт. Это своё предложение я проверил на практике и оформил в виде статьи, которая была напечатана в "Военно-медицинском журнале".
Свободное копирование
