20 августа. Подъем в шесть часов. Выход на разведку — в семь. Вышли две связки. Иванов не пошел. У него болит спина: излишне натрудился, помогая носильщикам.
За полтора часа достигли скалистой развилки двух ледников. Обошли левой стороной ледника. Трещин немного и как правило небольшие. Я решил подниматься на правый ледник по левому склону. Вначале идем по крутому снежнику. Снежник перешел в крутой ледяной склон. Рублю ступени. Идем на крючьях. Мне жарко, а остальные; особенно Ануфриков, мерзнут.
От сбросов группа Багрова пошла вниз, траверсируя ледник. Мы же полезли по крутым сбросам вверх. На снежном склоне Саша Сидоренко долго мучает киносъемками. Наконец в третьем часу все собрались на леднике.
Жара страшная. Всех разморило и нет желания сниматься. Все же сняли подъем и глиссаж. Лишь в шесть вечера приступили к спуску.
Багров повел по ледопаду. Начали встречаться опасные и головоломные места. Движемся среди огромных провалов и нагромождений льда. Саша уже не снимает: испортился аппарат. Сейчас это к лучшему, иначе мы, вероятно, заночевали бы на леднике. Но вот ледопад позади. Кошки, крючья, мету оставляем на камнях морены.
Багров устремился вниз по новому пути, по промоине ледникового ручья. Я был против этого пути; вначале-то он хорош, но при выходе из лощины я подозревал скрытые трещины. Мои подозрения оправдались. Начались скрытые трещины. Против собственного желания пришлось обследовать одну из них: внезапно я провалился. Сильный рывок — и я повис на веревке, метров на восемь ниже поверхности ледника. Убедившись, что веревка выдержала, огляделся: трещина бездонная, стены совершенно отвесные из гладкого льда.
Начал привязывать к основной веревке петлю, на которую и встал ногой. Укрепившись, дал сигнал товарищам спустить вторую веревку с петлей. Надел ее на другую ногу и по команде: «грудь!», «нога!» начал подниматься вверх. Веревку заело краями трещины. Пришлось не считаться с падающими на меня глыбами — сбивать лед.
Мое появление на свет божий встретил дружный хохот. После пережитого напряжения бодрящий смех продолжался и во время переползания через эту трещину Миши Ануфрикова и Саши Сидоренко.
После этого случая Багров уже не проявлял инициативы при выборе пути. По моему указанию сделали обход к левому склону и по знакомой дороге уже в сумерках вернулись к лагерю. О нас уже начали беспокоиться.
Подкрепились ужином, заботливо приготовленным Ивановым, и крепко заснули.
Свободное копирование
