20 июля
1-й Украинский фронт освободил Раву-Русскую и Владимир-Волынский. Мы тоже наступаем, не давая противнику особенно отрываться. Уже устали догонять, и очень хочется спать.
21 июля
В 2.30 долгожданная команда: «Привал!» На целых три часа! Но сперва надо приготовиться к бою. А мне еще и ремонт предстоит. В результате моя машина, получившая пробоину в трансмиссионном отделении, слева, смогла выйти из Иловцы лишь в 16.00. К полку мы присоединились в 21.30: он успел продвинуться далеко. Радуюсь в душе: все же догнал своих!
Вчера еще у нас было в строю 19 машин, а здесь стало известно, что их поубавилось.
Выспаться не удалось, потому что более полутора часов провозились, набивая солидолом подшипники опорных катков. Марши почти непрерывные, и бронеколпаки некоторых подшипников очень горячи на ощупь. Тут уж не до сна, если отстать не хочешь.
23 июля
В два часа снова двинулись в преследование. Натощак трудновато работать рычагами. Кухни своей не видим уже двое суток. В двух с половиной километрах от границы Латвийской ССР ели с голоду мед, запивая водой. Пасечники, несмотря на все свое радушие, ничего больше не могли предложить нам, так как при немецком управителе сами редко видели хлеб.
В полдень пересекли границу Калининской области и Латвии. Везде — до и после этой незримой черты — население встречает нас радостно. Какие чувства при этом испытываешь — высказать трудно.
Сегодня на марше потеряли всех трех наших автоматчиков (при каждой машине теперь неотлучно три автоматчика, с которыми живем душа в душу, как один большой экипаж). Слева, из-за опушки леса, неожиданно выскочил Ме-110, спикировал и дал длиннейшую очередь из пушек и пулеметов по колонне. Машинам он вреда никакого не причинил, а вот нашим автоматчикам досталось. Двое из них, раненые, успели на ходу спрыгнуть и залечь в кювете, а тот, что дремал на броне позади башни, так и не открыл глаз: уснул вечным сном. Бодрствуй, солдат, пока еще летает в небе смерть!
Характерная особенность немецкой тактики: когда фрицу приходится туго, у него начинает усердствовать авиация, в особенности штурмовая.
23 июля
С удовлетворением прочитали во фронтовой газете приказ т. Сталина от 21 июля, в котором упоминается и наш полк. В тот день, в 22.00, Москва салютовала войскам, освободившим город Остров, двадцатью залпами из 224 орудий. Нашему фронту это уже второй салют с начала наступления.
Первый был дан за форсирование реки Великая и прорыв линии «Пантера».
Под вечер вновь вступаем в бой. Немцы на бегу огрызаются, и чем ближе к ночи, тем сильнее. Видимо, считают, что многокилометровым дневным «драпом» вполне заслужили себе ночной отдых. Как не так! Гоним их до самой полуночи и останавливаемся только тогда, когда убеждаемся, что связь с пехотой окончательно потеряна. Вокруг не видать ни зги, но мы, помня утренний марш, все равно загоняем машины в густой молодой сосняк и засыпаем без опаски. Хорошо, когда свои автоматчики рядом! Памятник бы тому военному, что придумал для наших «бронедур» такой эскорт.
Свободное копирование
