Autoren

1023
 

Aufzeichnungen

145211
Registrierung Passwort vergessen?
Memuarist » Members » Nina_Brodskaya » "...И смешные и грустные моменты"

"...И смешные и грустные моменты"

01.10.1949
Москва, Московская, СССР

    Были в это время и смешные, и грустные моменты. Мои друзья Алла Иошпе и Стахан Рахимов тоже собирались уезжать и постоянно втягивали нас в какую-нибудь авантюру.

«Поехали в «Ядран» (магазин) и купим побольше кожаных сумок, ведь они там идут»,  - говорила Алла. И мы ехали за покупками. «Надо больше купить деревянной мебели, она там дорогая»,  - опять же говорила Алла. Помню, как в Доме мебели мы купили несколько огромных мебельных гарнитуров из дуба. Мне это напомнило фильм, где артист П. Кадочников говорит: «У вас продается славянский шкаф?» Ответ: «Шкафа нет, есть…», и т. д. Позвонив в Нью-Йорк Саше Лившицу, который уехал на несколько месяцев раньше нас, мы услышали от него: «Ребята, мебель и все остальное не везите

    - оставьте. Везите только табуретки». Долго потом мы были в недоумении, почему именно табуретки. Но так и не поняли.

    Поначалу мы составляли узкий круг людей, собравшихся в иммиграцию, но постепенно наши ряды пополнялись и другими, такими же, как мы. Все боялись громко говорить об этом. В нашей небольшой компании собиравшихся тогда в путь помимо тех, кого я уже назвала, было еще несколько семей. Это семья Альберта Писаренкова - конферансье Москонцерта - и семья композитора Анатолия Днепрова. Проблем было много! Продав кооперативные квартиры, мебель и все остальное, хотелось сохранить средства, и люди старались вложить свои деньги во все, что можно было продать там - за границей. Уже позднее мы узнавали, что привозили наши туда. Один чудак привез целый чемодан презервативов, другие - металлические молотки, щетки. Кто-то привез чемодан ниток «мулене». В общем, дурдом!

    В те тяжелые месяцы ожидания, когда наш телефон ушел на покой от множества прежних звонков, вдруг однажды раздался звонок. Это был Михаил Жванецкий. Он пожелал нам удачи и всего хорошего. Не могу забыть и о Гелене Великановой, которая, встретив меня с мужем на Кропоткинской, сказала: «Нина, главное - занимайтесь музыкой, она поможет в иммиграции».

    Мы уже подали документы, но никто еще об этом не знал. В это время Эмиль Радов пригласил нас на свое 50-летие в ресторан «Прага», где собралось более двухсот человек. Кого там только не было: Б. Брунов, А. Писаренков, И. Кобзон, Л. Лещенко и многие другие. Пели, хохмили. Весь вечер меня просили петь. И я пела все, что знала. Пела русские народные песни, романсы, еврейские песни и джазовые на английском. Во время празднования ко мне подошел один человек, который, как это выяснилось позже, занимал очень высокий пост в Министерстве культуры СССР, и сказал: «Нина, я обещаю сделать тебя звездой не только у нас, но и в мире».

    К сожалению, это было сказано поздно, да и верить я перестала, а когда теряешь веру, сами понимаете, что происходит.

    Я очень смутно помню наш прощальный вечер. Сейчас останавливаюсь, потому что слезы мешают мне писать. Не помню, что конкретно я тогда ощущала и чувствовала, видя людей, с которыми мы прощалась навсегда. Потом вокзал, аэропорт и Вена. Там нас встретил мой брат Леня с женой Людмилой. В первую ночь я не могла уснуть, мне было очень страшно. Страшно за себя, за мужа, которого я уговорила ехать, и за маленького сына Максима. Мне казалось, что я схожу с ума. Тихо, никому ничего не сказав, я достала из сумки маленькую баночку с таблетками валерианы и, взяв из нее много таблеток, проглотила их, запивая водой, а про себя подумала: «Если проснусь завтра, значит, буду жить!»

 

 

    P.S.

    В один из вечеров уже в Вене я, мой брат и мой муж решили прогуляться. Увидев кинотеатр, мы заглянули внутрь. Оказалось, что это было заведение для порнофильмов. Почувствовав себя на свободе, мы решили посмотреть фильм, купили билеты и вышли на улицу в ожидании сеанса, до которого оставалось минут тридцать. Постепенно кинотеатр заполнялся людьми. Там же на улице нам встретился еще один наш соотечественник - администратор Москонцерта Ян Медовар, который тоже пришел полюбоваться эротикой. Мы обменялись приветствиями и разошлись по своим местам.

    Зал был полон. Фильм начался, в середине шел эпизод о том, как мужчина подглядывает через замочную скважину в комнату, где происходила сексуальная сцена. И вот на самом серьезном моменте этой сцены вдруг на весь зал раздается голос Медовара с гроссированным «р»: «Ну и наяривает!». Зал умер от смеха. И оказалось, что в зале были почти что все иммигранты.

 

    Я заканчиваю на веселой ноте, дабы жизнь продолжается!

27.05.2015 в 10:52


Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2021, Memuarist.com
Rechtliche Information
Bedingungen für die Verbreitung von Reklame