В марте 1994 г. возникли проблемы с банком. Даже при наличии денег на счету банк отказывался выдавать деньги на зарплату вследствие отсутствия прибыли по итогам 1993 г. Завязалась активная «перестрелка» письмами в треугольнике НИЦ — ТНХК — банк + бесконечные личные встречи с управляющим банка. Убеждён, на примере НИЦ банк пытался воспитывать ТНХК и крупные предприятия в его рамках. У НИЦ же не хватало средств на «нормальную» взятку работникам банка (шампанское и конфеты к празднику взяткой не считались). Весной 1994 г. старый кредит кончился, обратился за новым, получил отказ генерального директора ТНХК под предлогом отсутствия денег. Одновременно объявлено, что 300 млн. рублей ТНХК передаёт в качестве спонсорской помощи политехническому институту (я же просил 200 млн. руб. на год).
Вынуждено принял решение покончить с юридической самостоятельностью НИЦ. Собрал общее собрание акционеров НИЦ (10.06.1994 г.). Единогласно решено расторгнуть договор аренды с ТНХК с 01.07.94 г., передать имущество АОЗТ «НИЦ ТОМСКНЕФТЕХИМ» в счёт уплаты долгов комбинату. Толстовым и мной подписано соглашение о расторжении договора аренды. Одновременно Толстовым подписан приказ о создании подразделения ТНХК — НИЦ без права юридического лица, утверждено положение о НИЦ ТНХК.
Подписана доверенность директору НИЦ на осуществление всех финансовых операций с текущего счёта НИЦ. Доверенность исполнила роль аппетитной морковки для заманивания разбежавшихся зайцев в клетку (объединение самостоятельных подразделений под одну юридическую крышу ТНХК) и через полгода её можно было повесить на гвоздик в общественном сортире. Уже 22.12.1994 г. Толстов подписал приказ о закрытии текущего счёта НИЦ с ликвидацией ранее выданной доверенности. Всё бы ничего, но некорректно подписывать такой приказ, не поставив руководителя предварительно в известность. Понятно, что на финансово слабых (НИЦ, КИПиА, фабрика-прачечная «Кристалл») отрабатывалась модель перевода на полную (надо ли?) централизацию основных производств ТНХК.
С потерей юридической самостоятельности много проблем «слетело с плеч» и, самое главное, забота о своевременности выплаты зарплаты, уровень которой при переходе удалось резко поднять. С другой стороны, мгновенно почувствовалась разница. Сплошная тягомотина, интерес к работе подрубался серостью руководства ТНХК. И это при сравнительно неплохой личной зарплате порядка $700 (декабрь94 — январь95 2.5–3.0 млн. руб. при курсе $1 — 3600–4100 руб.).
Лишение самостоятельности при приёме серьёзных решений и внутренне отлаженная система деятельности НИЦ позволили мне использовать часть рабочего времени (без рекламы) для описания давно задуманной хроники ТНХК.
---------—
Уважаемый читатель! Процесс приватизации ТНХК заканчивался, но в коллективе никто толком ничего не понимал. В сентябре 1994 г. прочитал в «Комсомольской правде» обращение Мавроди из следственного изолятора. Оказывается «МММ-инвест» имела в портфеле 18.5 % акций ТНХК. Новость ошарашивающая (для меня). Похоже, никто из руководителей ТНХК об этом и не подозревал, по крайней мере, Толстов заявил на правлении, что руководители фирмы, взявшейся вести реестр акционеров ТНХК, ему докладывали о наличии только мелких акционеров. Факт налицо: распространение акций ТНХК выпущено из-под контроля комбината и области. Всё из той же серии «сами с усами»!
Свободное копирование
