Ночь после этого разговора я не спала, прошагала по квартире. Утром позвонила в МХАТ. Секретарь дирекции ответила, что все разъехались, никого нет. Впереди было два месяца на раздумья. Неизвестность…
Я встретилась со своими студентами на вокзале, и мы поехали на дачу. Дача Алексея Дмитриевича была рядом, и он уже ждал нас. С шуточным огромным кнутом он стоял в калитке и впускал по одному этим кнутовищем.
Я ждала начала сезона в Художественном театре. В первый же день сбора труппы мне сообщили о часе репетиции — возобновление спектаклей в МХАТ всегда проводится очень тщательно… Я решила, что недоразумение ликвидировано.
Репетировала, как всегда, казалось только, что приснился дурной сон.
А дальше были те мелочи, над которыми сегодня я грустно смеюсь, в то время как тогда они раздирали душу.
Через полмесяца работы я получила зарплату только за те дни, когда репетировала возобновляемые спектакли. Потом в отделе кадров мне дали бумажку — приказ: «Тов. Вершилова Б. И. и Кнебель М. О. освободить от работы в МХАТ СССР в качестве режиссеров с 7 сентября 1949 года. Тов. Кнебель М. О. числить в труппе театра с оплатой ей разовых за участие в спектаклях…».
Об одном дне своей жизни я жалею. Весь он — сплошная ошибка, промах. Это я пробовала «поговорить с руководством». Меня не принимали, отводили глаза, говорили слова, не поддающиеся доводам разума. Но это был только один день.
Больше я ни к кому не обращалась — нашла в себе силы. Поддерживало и то, что А. Д. Попов и М. И. Царев протягивали руки дружбы.
Вечером я играла в «Вишневом саде». Он шел в последний раз (одновременно были сняты с репертуара еще два спектакля, в которых я участвовала, — «Дядюшкин сон» и «Пиквикский клуб»).
Забыть этот последний спектакль невозможно. По традиции, в моей уборной собирался весь женский состав участников спектакля. В тот вечер я была одна до самого начала спектакля. И только в какой-то момент услышала снизу (уборная была на втором этаже) резкий крик Нины Николаевны Литовцевой: «Мария Осиповна! Мария Осиповна, где вы? Черт их знает, что они делают! Это безобразие! И Ольга Леонардовна так считает! Вы не имеете права отступать!» И еще Л. М. Коренева, она пришла специально ради меня в театр в тот вечер. Они кричали, шумели, возмущались на весь театр. Милые мои друзья, замечательные женщины МХАТ!
Свободное копирование
