Autoren

1073
 

Aufzeichnungen

149591
Registrierung Passwort vergessen?
Memuarist » Members » Elizaveta_Mukasey » Елизавета - 3

Елизавета - 3

20.06.1937
Иргриз, Казахстан, Казахстан

Мы все похудели, больше всех папа и мама, но только у нашей красавицы Шуры почему-то горели щеки, а по ее косам ползали белесые вши. Когда мы приехали в Иргиз, врач из Красного Креста снял Шуру с телеги и на какой-то примитивной тележке повез ее в больницу для беженцев, сказав: «У нее сыпной тиф, заразный…»

Нас привезли в Иргиз. Это маленький городок в двухстах километрах от Ташкента, вместо домов — глиняные мазанки, в одну из которых поместили нас. Внутри и снаружи все было сделано из глины. Одна комната. Ни кухни, ни чулана не было. Комиссар Красного Креста сказал отцу: «Благоустраивайтесь и живите, за помощью обращайтесь в исполком. Постарайтесь здесь перезимовать, устраивайтесь на работу».

В Иргизе был один-единственный колодец, откуда жители брали воду. Мама, Шура и я вооружились большими банками из-под консервов, пошли за водой и по пути увидели женщину с ведрами, которая на наших глазах упала, у нее тут же случилась судорога, и она умерла. Что делать? Шура побежала в исполком сообщить об этом, ей сказали, что в Иргизе холера, сыпной тиф, брюшной тиф и другие заразные заболевания от голода, колодец заражен, воду надо брать в другой части города, а умирает здесь ежедневно каждый третий, и в городе осталось очень мало людей. Председатель исполкома сразу предложил Шуре работу в исполкоме, отцу предложил организовать мельницу для города, маму просил обслуживать казармы, где стояли красные войска. Мама приносила грязное белье от солдат, серое от вшей, которые шевелились, солдатские рубахи и кальсоны. Папа соорудил во дворе из глины стойкую печь, достал огромный котел, и все мы палками складывали в котел белье, чтобы сварить вшей и очистить его от невероятной грязи.

Шура в какой-то глинянке, где уже все вымерли, нашла утюг. Мы его разводили углями и после сушки на морозе гладили это белье. Вши трещали от горячего утюга, быстро погибали, но вся эта работа была не без вреда для нас: первой заболела сыпным тифом мама, потом папа, потом Шура заболела паротифом, Мария сыпным тифом. Только меня судьба пощадила, и я, девятилетней девочкой, ухаживала за четырьмя членами нашей семьи: все лежали на полу, на соломе, покрытой простынями из казарм. Я с тарелками ходила за едой в исполком, где была сооружена кухня для голодающих.

Вскоре появилась школа и амбулатория, где я получала лекарства. Все четверо болели очень тяжело, лежали с температурой 39–40 °C, вши ползали по телу и белью… Пришел человек из амбулатории и всех пятерых остриг под машинку. Мы плакали, когда у Шуры срезали две огромные косы.

Но, к великому счастью, мы все пятеро выздоровели. Марию и меня приняли в школу в первый класс, несмотря на возраст (было в школе всего три класса). Папа из каких-то горных камней стал точить мельничные камни (при помощи двух таких камней и палки, привязанной к потолку, он перетирал пшеницу).

Шура стала активно работать в исполкоме и приносила оттуда паек — ей раз в неделю давали пуд пшеницы. Мама работала в казармах прачкой и тоже получала паек: сало, хлеб, подсолнечное масло, чечевицу, из которой мы делали кашу. К папе приходили жители города с пшеницей, чтобы он смолол ее в муку, и за это ему давали немного муки.

05.11.2020 в 17:46


Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2021, Memuarist.com
Rechtliche Information
Bedingungen für die Verbreitung von Reklame