Autoren

963
 

Aufzeichnungen

138776
Registrierung Passwort vergessen?
Memuarist » Members » Vasily_Botkin » Письма об Испании - 9

Письма об Испании - 9

25.05.1845
Мадрид, Испания, Испания

   В Мадрите есть несколько улиц, выстроенных великолепно, но они более или менее похожи на улицы всех европейских городов; только бесчисленные балконы с опущенными, пестрыми завесами придают им оригинальный характер. Во всем остальном Мадрит не имеет никакой особенности ни в нравах, ни в обычаях. Это город народонаселения наезжего. Каждая провинция приносит сюда свой характер, свой костюм и свои обычаи. Говорят еще, к чести Мадрита, что из всех испанских городов в нем всего менее предрассудков и всего более терпимости в нравах. Народонаселение Мадрита главное состоит из чиновников и торговцев всякого рода. Торговля предметами потребления вся производится или приезжими из провинций, или иностранцами. Куаферы, портные, парфюмеры, магазины модных вещей -- все имеют французские имена и вывески. Воздух Мадрита (возвышенность его почвы -- 600 метров над поверхностью моря) чрезвычайно раздражителен для нервических организаций; кроме того, несмотря на ясность и тишину свою, он так сух и резок, что большая часть здешних жителей умирает от болезни легких[1] Здесь есть пословица, что мадрнтский воздух не задует свечи, а убивает человека.[2] Мне один moderado говорил, что сильный прогрессивный дух мадритцев происходит от раздражающего здешнего воздуха -- в чем я с ним, разумеется, согласился.

   Из всех здешних улиц самая интересная Calle de Toledo. Вся она наполнена постоялыми дворами (paradores и posadas), трактирами, харчевнями, мастеровыми. Это самая населенная и оживленная часть Мадрита. Благодаря моему здешнему приятелю, г. Вильамилю, {Архитектурный живописец с большим талантом. Любителям искусств я особенно рекомендую его великолепное издание "Espafia artistica у monumental", заключающее в себе снимки всех замечательных архитектурных зданий Испании. Оно еще далеко не кончено. Жаль, что по высокой цене своей оно не многим может быть доступно. Его поддерживают несколько испанских капиталистов.} который вызвался показывать мне Мадрит,[3] наша прогулка по Calle de Toledo была для меня самая любопытная. Здесь вся Испания в миниатюре: разнообразные костюмы провинций, их наречия, особенности, манеры, физиономии лиц, -- ни одна в мире страна не представляет такого живого разнообразия. Г-н Вильамиль, истинный испанец в душе, несколько раз изъездил верхом всю Испанию и знает ее в подробности. Он беспрестанно заговаривал, спрашивал о чем-нибудь, чтобы показать мне особенность наречия каждой провинции. Беспрерывный шум и гам стоят на улице, торговля и промышленность Мадрита сосредоточиваются здесь. Разумеется, вся эта жизнь начинается только к вечеру, потому что днем как высший и средний классы, так и простой народ делают сиесту (siesta), или, говоря проще, сидят от жару дома. К вечеру все народонаселение выходит на улицу. Тут громадные galeras {Это нечто вроде широких и длинных телег, обтянутых холстом, очень похожих на те экипажи, в которых польские жиды ездят на шабаш. Галеры эти служат для дальних переездов женщин, детей и простого народа.[4]} валенсиянцев в их полуафриканской одежде и щеголей андалузцев выезжают в дорогу, чтоб к ночи поспеть на ночлег в венту; цирюльники у дверей цирюлень публично бреют своих клиентов; кружок андалузцев (вечно веселый народ), сидя у входа кузницы, напевают la cana; {ля канья, андалузская народная песня (исп.).} возле -- девочки под кастаньеты пляшут fandango, толпа полуодетых, бронзового цвета мальчиков играют на улице, представляя corrida de toros; {бой быков (исп.).} ватага удалых cigarreras (женщин, работающих на сигарной фабрике: еще особенный испанский тип) расходится по домам, окруженная своими любезными; в харчевнях и у входа их толпы народа ужинают сардинами и саладом. Los arrieros (перевозчики товаров на мулах) разных провинций, во всей особенности своих провинциальных костюмов, приезжают на постоялые дворы, гоня перед собою длинные цепи мулов, всегда выхоленных и разукрашенных перевязями и букетами из разноцветной шерсти (здесь товары не перевозят иначе, как на спинах мулов). Нищий просит милостыни, распевая под аккомпаньемент своей гитары: Senores caballeros, une limosna por el professor. {Господа, милостыню для учителя (исп.).}

   -- A la paz de Dios, caballeros (мир вам божий, кавалеры), -- говорит, пробираясь между нами, высокий, сухощавый arriero.

   -- De que parte del paraiso? (Из какой части рая?).

   -- De Jaen (из Хаэла).

   -- Buena tierra si no se estuviera tan cerca de Gastilla (хорошая была бы земля, если б не лежала так близко к Кастильи).

 

   По поводу выражения "рай", смысла которого я не понял, чичероне мой рассказал мне следующий народный рассказ: Сан-Яго (народный святой в Испании) по смерти своей предстал пред богом, который, довольный его земными подвигами, говорит ему, что исполнит все, о чем он будет просить его. Сан-Яго просит, чтобы бог даровал Испании богатство, плодотворное солнце, изобилие во всем. -- Будет, -- был ответ. -- Храбрость и мужество народу, -- продолжал Сан-Яго, -- славу его оружию. -- Будет, -- был ответ. -- Хорошее и мудрое правительство...

   -- Это невозможно: если ко всему этому в Испании будет еще хорошее правительство, то все ангелы уйдут из рая в Испанию.

   А вот пробираются две красивые manolas.

   -- Adonde van las reinas? (А куда идут эти королевы?) -- кричат им несколько молодых погонщиков мулов.

   -- A perderlos de vista (туда, где бы вас не видно было), -- отвечают они со смехом, кокетливо поправляя на головах своих цветы, несколько помятые небрежно накинутою тафтяною мантильею.

   -- Si necesitan un hombre al estribo? (He нужен ли мужчина в провожатые?).

   -- Y son asi los hombres eh su tierra? Jesus, -- que miedo! (Так такие-то все мужчины в вашей земле? Христос, какой страх!).

   -- Que salero! -- раздалось в толпе вослед веселым manolas.

   Слово salero от sal (соль) непереводимо. Это самое лестное выражение, каким только мужчина может похвалить женщину. Оно выражает вместе и грацию, и ловкость, и удаль, и то, что парижане называют chic. {шик (франц.).}

   Ни одна улица в мире не представляет такого живого, ярмарочного разнообразия; около нас раздавалась тысяча криков разных разносчиков и продавцов, над которыми господствовал крик: "Холодная вода, сейчас из фонтана!" -- "Agua fria, j de la fuente la traigo!".



[1] Боткин, может быть, заимствовал эти размышления о вредности мадридского воздуха из статьи своего соотечественника П. В. Киреевского, в свою очередь читавшего об этом в кн.: Faure Raymond. L'Espagne sous ses pouvoirs religieux et monarchiques. (Paris, 1831): "Его (Мадрида, -- A. З.) атмосфера самая раздражительная во всей Испании. Ветер, дующий там почти целый год с Гвадаррамских гор и своими вредными действиями подавший повод к такому множеству пословиц, так пронзителен, что расстроил бы самую крепкую грудь, если бы от него не защищались полою плаща <...> он очень часто производит у иностранцев самое жестокое колотье. Этот ветер дует там часто и от февраля месяца до мая отменно сильно; он беспрестанно подымает целые облака селитристой пыли, раздражает глаза <...> Острое и хроническое воспаление в легких также бывает довольно часто, особенно в столице, где решительный перелом почти всегда приходит скоро" (Современное состояние Испании. -- Европеец, 1832, No 2, с. 232, 234).

[2] Эта поговорка существует действительно: "Aire de Madrid mata, y no apaga un candil" (воздух Мадрида убивает, а свечу не тушит). Ср.: Cusitine marquis de. L'Espagne sous Ferdinand VII. T. 1. Paris, 1838, lettre XIII, p. 291.

[3] Глинка познакомился в том же году с Вильямилем, нарисовавшим севильскую танцовщицу в его "Испанский альбом" (Глинка, т. II, с. 359).

[4] Глинка справедливо жаловался на этот неудобный экипаж, вспоминая свое путешествие в "галере" из Гранады в Мадрид: "Этот экипаж недаром назван галерой, он вроде большой жидовской фуры с навесом, не помню, из кожи или холста; он весь навален клажей, сверху которой полагаются матрацы пассажиров, на которых они сидят друг против друга. Теснота такая, что нельзя пошевельнуться; противу меня сидела огромная тучная баба, от которой в короткое время ноги мои почувствовали невыносимую пытку. Ехали шагом по 4 версты в час, останавливались два раза в сутки по 3 или 4 часа, ехали же, или, правильнее, тащились, по 7 и 8 часов безостановочно. Я значительную часть пути прошел пешком" (Глинка, т. I, с 256).

10.04.2020 в 21:15


Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2021, Memuarist.com
Rechtliche Information
Bedingungen für die Verbreitung von Reklame