К середине января 1978 года группировка сомалийских войск на Восточном фронте насчитывала 24–25 мотопехотных и пехотных бригад, около 120–130 танков, более 300 орудий и минометов, на Южном фронте у противника насчитывалось 5–6 мотопехотных и пехотных бригад, до 150 орудий и минометов.
Эфиопские войска вместе с кубинскими подразделениями имели в своем составе 26 бригад (пбр — 6, бригад народной милиции — 13, пролетарских бригад — 6, тбр — 1), из них пять находились на охране коммуникаций, около 230 танков, 180 орудий и минометов, 42 пусковых установки БМ-21.
Таким образом, к середине января 1978 года соотношение сил, особенно в танках, начало складываться в пользу эфиопских войск, кубинские и эфиопские ВВС насчитывали более 30 боевых самолетов, что дало возможность приступить к практическому осуществлению замысла по разгрому сомалийских войск в Огадене.
С утра 24 февраля после интенсивной авиационной и артиллерийской подготовки перешли в наступление эфиопские и кубинские части и подразделения южнее Харар. Мы с руководителем нашей делегации и генерал-майором Е.А. Алещенко находились на командном пункте западнее Харар и наблюдали этот бой. Несколько мин разорвалось около нашего КП. 2 и 3 февраля была проведена операция в районе Дыре-Дауа, в результате которой сомалийцы были отброшены от Дыре-Дауа на 40–45 км. С 8 по 12 февраля проведена была операция по уничтожению противника севернее Харар.
После трех последовательных контрударов на Восточном фронте противник уже не мог оказывать организованное сопротивление. Было уничтожено и захвачено около 70 % сомалийских танков, более 80 % орудий полевой артиллерии и минометов.
4 марта началось всеобщее наступление эфиопских войск на Восточном фронте, а к 13 марта территория Огадена была полностью очищена от сомалийцев. К началу сомалийской агрессии в эфиопских вооруженных силах военной разведки по существу не было.
Свободное копирование
