Жизнь семейная. Новое открытие Средней Азии - 8

          А Аиду больше всего прельщали ашхабадские дыни и виноград. За дынями и арбузами нас возил на базар Геннадий. Привозили сразу целый багажник. Дыни развешивали в «авоськах» по кладовкам, которых у Шуры было не меньше полудюжины, а арбузы выкладывали на земляном полу этих кладовок.

           Свободной от построек, площади, у Шуры было соток 5-6. На этой территории были два больших арыка, а в них посажен виноград. Некоторым лозам было до 30 лет от роду. Всё это пространство было перекрыто жердями, и разросшийся виноград, покрывал весь двор зелёной крышей, на которой висело не менее тонны прекрасного винограда. Так что, через несколько дней после приезда на виноград никто уже смотреть не хотел. А виноград ашхабадский, настолько сладкий, что губы слипаются при еде. По этой причине из него нельзя делать сухие вина.

           Нам самим видеть не приходилось, но нам рассказывали, что в начале мая, пустыня вся покрывается цветами, а к средине июня остаётся только верблюжья колючка, которую ничто не берёт.

           Аида нечасто принимала участие в моих рыбацких похождениях, но мы за время поездок в Ашхабад устраивали совместные экскурсии. У Геннадия была служебная «Волга», и он нам иногда устраивал такие экзотические экскурсии, куда ни на каком транспорте, в то время, доехать было невозможно. Так, в один из приездов, он отвёз нас в Бахарден, где находилась пещера с термальным озером, температура воды, в котором, была 36 градусов. Вода настолько прозрачна, что создаётся иллюзия, что глубина не более 3-4 метров, а на самом деле, около 15. В то время она ещё была только в стадии оформления для посещений, но было освящение и место для раздевания и подхода к воде, если кто рисковал окунуться в это озеро. Я рискнул, хотя Аида меня отговаривала. Когда я прыгнул в воду, то почувствовал непривычную тяжесть во всём теле, такое впечатление, что плывёшь в растительном масле, а не в воде. Во-первых, температура воды, а во-вторых, на 200 метров ниже поверхности земли. От озера отходил рукав, метров 5 ширины, и поверхность воды в нём уходила в толщу горы, пока не терялась в её глубине, свет туда уже не проникал. Я доплыл до границы освящённого участка, заглянул в эту чёрную бездну, и меня охватил какой-то первобытный ужас, и я быстренько от туда ретировался! Акустика в пещере превосходная, можно на расстоянии друг от друга в 15 метров говорить шёпотом, а слышно всё, как будто говоришь рядом. Высота пещеры от зеркала озера до купола около 100 метров. От наружного входа до озера идёт наклонный спуск, оборудованный деревянными трапами, протяжённостью около 150 метров. Ну, а какой выход видно на фотографии.               

           Свозил нас Геннадий в два живописных ущелья Копет-Дага. Километров 5-6 пришлось ехать рядом с афганской границей, пограничники 2 раза проверяли у нас документы. Сами горы совершенно «мёртвые», ландшафт, как на другой планете, а в ущельях свой микроклимат, в каждом протекает ручей или небольшая речка. Иногда горы отодвигаются на 100-150 метров, и тогда в этих местах образуются настоящие зелёные оазисы. Растут крупные деревья, увитые диким виноградом, а вдоль ручьёв и речек, бурно разрастается малина и ежевика. В таких местах обычно власти устраивали детские лагеря. Днём там температура не подымалась выше 22-24 градусов, когда в это время в Ашхабаде 40-45 в тени.               

           Ну что же, наверное, с Ашхабадом пора заканчивать  ведь впереди меня опять ждёт Нукус. Тем более что, все наши последующие поездки в Ашхабад, мало чем отличались от описанной.