Часть 2. Глава 16 - 2

12 февраля около 7 вечера в нашей квартире раздался звонок: Солженицына насильно увезли из дома. Мы с Люсей выскочили на улицу, схватили какую-то машину ("левака") и через 15 минут уже входили в квартиру Солженицыных в Козицком переулке. Квартира полна людей, некоторых я не знаю. Наташа бледная, озабоченная - рассказывает каждому вновь прибывшему подробности бандитского нападения, потом обрывает себя, бросается что-то делать разбирать бумаги, что-то сжигать. На кухне стоят два чайника, многие нервно пьют чай. Скоро становится ясно, что Солженицына нет в прокуратуре, куда его вызвали, - он арестован. Время от времени звонит телефон, некоторые звонки из-за границы. Я отвечаю на один-два таких звонка; кажется, нервное потрясение и сознание значительности, трагичности происходящего нарушили мою обычную сухую косноязычность, и я говорю простыми и сильными словами.

На другой день, собравшись у нас на кухне на Чкалова, мы составили и подписали "Московское обращение", требующее освобождения Солженицына и создания Международного трибунала для расследования фактов, разоблачению которых посвящена его книга "Архипелаг ГУЛАГ". Уже после того, как "Обращение" было передано иностранным корреспондентам, мы узнали, что Солженицын выслан, только что самолет приземлился в ФРГ. Мы позвонили с этим известием Наташе - она очень взволнована, уже слышала от кого-то еще, но поверит только услышав голос А. И. Через час позвонила она - только что говорила с мужем. "Московское обращение" получило большое распространение. В ФРГ, например, под ним было собрано несколько десятков тысяч подписей.