|
|
Читателю, может быть, любопытно узнать некоторые подробности о семействе Боратынских. Их род, говорят, происходит от князей Барятинских. Мать их была девица Черепанова, одна из лучших воспитанниц Смольного монастыря. Когда ее старшего сына Евгения отдали в солдаты, она помешалась и не выезжала из своего имения. Евгений был камер-пажем, задолжал и просил дядю, сенатора Боратынского, дать ему денег. Старик ему отказал. Когда тот ушел, в отчаянии нечаянно юноша увидел золотую табакерку с алмазами, принадлежащую его дяде, и продал ее, вероятно за бесценок. Дядя не пощадил красивого и даровитого племянника, его разжаловали в солдаты и сослали в Гельсингфорс[1]. Там он влюбился в Аврору Карловну Шернваль и писал ей свои первые стихи: Выдь, дохни нам упоеньем, Соименница зари. Всех румяным появленьем Оживи и озари. Сердце юноши не сводит, далее не помню[2]. Плетнев сообщил мне его последние предсмертные стихи[3]: Ты помнишь, что изрек Седой Мелхиседек: Рабом родится человек, Рабом и умирает. Пушкин был самого высокого мнения о его поэтическом даровании и уважал его как человека. [1] ...подробности о семействе Боратынских... послали в Гельсингфорс.-- Весь рассказ о происхождении Е. А. Баратынского и его судьбе не имеет ничего общего с реальными фактами. Фамилия Баратынских (Боратынских) происходит от названия замка "Боратынь", принадлежавшего предкам поэта, и никак не связана с Барятинскими. Е. А. Баратынский был исключен в 1816 г. из Пажеского корпуса и отправлен "на попечение родных" за похищение из дома одного из его товарищей по корпусу черепаховой табакерки и денег. Подростки рассматривали это как акцию созданного ими тайного "Общества мстителей". Дядя Баратынского Петр Андреевич, вопреки утверждениям Смирновой, хлопотал за племянника. В 1818 г. Евгению разрешили вступить на службу в л.-гв. Егерский полк. В январе 1820 г. Баратынский был произведен в унтер-офицеры с переводом в стоявший в Финляндии Нейшлотский полк. Здесь он оставался до производства в офицеры -- до 1826 г. [2] Там он влюбился... далее не помню.-- Речь идет об Авроре Карловне Шернваль фон Валлен, впоследствии жене П. Н. Демидова, а после его смерти, с 1846 г., Андрея H. Карамзина. Смирнова цитирует (неточно) стихотворение Баратынского "Девушке, имя которой было Аврора". Вторая строфа: "Пылкий юноша не сводит / Взоров с милой, и порой / Мыслит с тихою тоской,/ Для кого она выводит / Солнце счастья за собой" (Баратынский Е. А. Стихотворения. Поэмы. М., 1982. С. 111). [3] ...Плетнев сообщил мне его... стихи...-- Смирнова забыла, кому принадлежит стихотворение, и здесь (и, кроме того, в тексте "Баденского романа") приписала его Баратынскому. Она цитирует (неточно) стихотворение К. Н. Батюшкова "Изречение Мельхиседека". У Батюшкова: "Ты знаешь, что изрек, / Прощаясь с жизнию, седой Мельхиседек? / Рабом родится человек, / Рабом в могилу ляжет..." (Батюшков К. Н. Сочинения. М., 1955. С. 304). |











Свободное копирование