НОВЫЙ ТЕАТР им. МОССОВЕТА, площадь Маяковского
12/XII
«МАСКАРАД»
Я впервые выхожу на эту сцену[1].
Сколько забот, радости, неприятностей она мне принесет?
Во всяком случае, эта — последняя в длинном списке сцен театра Завадского… для меня.
Радостное здание театра… не буду говорить дальше.
Вчера Ю.А. вызвал меня, чтобы сказать свои соображения.
— Ты можешь [прийти] сегодня?
— Да.
— А может быть, завтра?
— Я приду сейчас.
— Мои общие впечатления хорошие. Ты непрестанно растешь, совершенствуешь роль, находишь все новое, основное. За тобой тянутся остальные. Я заметил, что ты сдержан и медлителен, когда спокоен в Арбенине, когда взволнован — ускоряешь и делаешь больше жестов. Я хочу посоветовать тебе делать наоборот. Ты принадлежишь к разряду актеров, у которых насыщенное больше звучит, когда оно собранно. Тогда предела нет твоим силам и впечатление от тебя максимальное. Вспомни Рахманинова с его большим, широким жестом, когда идет плавная музыка. А когда страстная — он убирает жест совсем. Пробуй делать легко и непринужденно, и быстро вначале, и вдруг: «Послушай, Нина, я рожден с душой кипучею, как лава» медленно, тихо, значительно… Я беру пример первый попавшийся, тот, что ты сам делаешь; как кусок, он особенно внушительно у тебя получается, сильно, мощно. «А вы не разочли, что есть еще во мне…» Мне кажется, это сэкономит здесь и силы… Я слежу за тобой, уважаю тот самостоятельный путь, которым ты идешь. Ты находишь свою дорогу…
Из замечаний Ю.А. — да вроде я так и делаю, разве что начало еще легче попробовать. Но это я пытался, да что-то не получается у меня, сопротивляется что-то…
Играл, применяясь, проверял, пробуя, что можно позволить себе в этих условиях. Дивная сцена, слышимость великолепная, но не надо успокаиваться, «надевать ночные туфли и халат».
Слово требует допроизнесения, есть предел тихого существования — наполненности, ниже которого слово и актер перестают впечатлять.
Взять всех удалось не сразу. А может быть, тому виной то, что мы привезли… из старого помещения грязные декорации мебель вопиюще измызганную, пол драный, в заплатах, шумные перестановки и долгие. Кажется, ни одна чистая перемена не была сделана вовремя, свет — случаен…
Чего я пишу?
Да, напишешь, и как будто поделишься своим горем с другом и чуть легче станет.
Свободное копирование
