14 января. Сегодня был в Normal School. Учеников всего шестьдесят. Здесь приготовляются учителя для монастырских школ. Это та лаборатория, в которой изготовляются средства, разлагающие буддизм и старую азиатскую культуру. Ученики не изучают английского языка, занимаются следующими предметами: арифметика, алгебра, геометрия и т.д., история Индии, география, история Англии и Бирмы.
Монахи не желают иметь в своих монастырях учителей из каренов. Они мнят, что, не допуская христиан в свою среду, они как бы застраховывают свою паству от вредного влияния.
Завтракал у д-ра Маркса.
Из Мандалая слухи тревожные.
Был сегодня в казначействе, разменял ассигнацию в т[ысячу] R[upees].
Был сейчас у Mg. Hpo Hmyin. В Мандалае царит паника. Страна в полном разорении. Бирманцы вовсе не желают присоединения. Они боятся англичан, боятся насилий, боятся уничтожения веры. За судьбы буддизма в особенности страшатся монахи.
Дакойты, конечно, разбойники. Главным образом это бывшие солдаты Тзи-бау. Когда царя пленили, многие из них пришли и выдали свое оружие. Другие не сдали свое оружие. Вот эти другие и дают себя знать.
Буддизм не в упадке, по мнению просвещенного бирманца, но изучение пали в упадке.
Тзи-бау вовсе не так черен, как его размалевывают англичане.
14 января. Обедал у Жильберта. Обед хороший, но разговор пустой. Перед обедом показывал мне бирманские золотые изделия. Очень изящны. После обеда за сигарами и кларетом Ф. расхвастался о своих пруссах, пока я его не оборвал. Мне его жалко, а он-то был ко мне так добр. Какой у меня скверный нрав.
Маркс говорит, что в Лондоне знают о Верхней Бирме больше, нежели в Рангуне. Ж. с ним не в ладах. Он несколько вульгарен, но, кажется, добряк. Приглашал остановиться у него на возвратном пути из Мандалая.
Свободное копирование
