Наш эшелон был одной из первых партий, водворенных в этот лагерь. Жизнь в нем была еще мало упорядочена. Самым неприятным недостатком было долгое отсутствие бани. Банное помещение немцы оставили в порядке, но завоз дров долго не налаживался. Случилось то, что должно было случиться. В Энском лагере развелись вши. Осенью баня, наконец, начала функционировать, вшей постепенно удалось истребить, но вначале это были очень, очень неприятные враги, хорошо, впрочем, большинству из нас знакомые по Гражданской войне.
Во время Первой мировой войны о случаях завшивливания мне слышать не приходилось. Не было в окопах ни сыпного, ни возвратного тифа, который переносят эти маленькие опасные насекомые.
Неладно вначале обстояло и дело с питанием, много хуже, чем во львовской тюрьме. Потом это дело постепенно стало налаживаться. Медицинской помощью вначале руководила опытная фельдшерица, та самая Софья Федоровна, с которой я познакомился еще во Львове. Врачей пока не было, но медицинская помощь наладилась быстро. В лагере появился настоящий начальник санчасти и два других врача. Но еще до их приезда Софья Федоровна обратила внимание на то, что я быстро худею, устроила меня в лазарет, где питание было значительно лучше.
Мужская военная молодежь, много пережившая во время походов, была скорее довольна, чем недовольна Энским лагерем. Недостатков было много, зато общение с женщинами совершенно свободное. Мужские и женские бараки находились рядом. На территории лагеря начальство требовало соблюдения необходимых приличий, но лагерь ведь был трудовой. Каждое утро всех заключенных: и мужчин, и женщин - выводили на работу на ближайший завод. Он также был приспособлен соответствующим образом для работы заключенных: обнесен проволокой, сторожевыми вышками и снаружи имел вид скорее лагеря, а не завода. Но охрана, приведя заключенных на работу, передавала их в полное распоряжение и подчинение заводской администрации и внутри территории не появлялась. А заводской администрации - инженерам, прорабам нужно было только одно: "Работайте, товарищи, как следует, а что вы делаете во время часового отдыха, это нас не касается, нам все равно". И многие заключенные пользовались этой внутренней свободой вовсю. Укромных закоулков на территории было достаточно. Все это порой было неприлично и, если хотите, довольно противно, но что же делать, заключение есть заключение, а без баб было бы вовсе тоскливо.
Свободное копирование
