21-го, часов в 10 утра, его королевское высочество ездил кататься верхом с графом Бонде и со мною и сначала осматривал немного местоположение Москвы, которое со всех сторон чрезвычайно живописно. Потом мы заехали к камергеру Нарышкину, которого застали еще в халате, и, побыв у него несколько времени, отправились прямо домой. Обедал его высочество вне своей комнаты с некоторыми шведскими офицерами. Незадолго перед тем, как им сесть за стол, неожиданно приехал тайный советник Бассевич, который немало обрадовался, что попал еще вовремя, потому что иначе, против воли, принужден был бы остаться без обеда. Дело в том, что вчера являлся к нему человек с приглашением на сегодня на обед к генерал-майору Трубецкому (который при нас женился в Петербурге), и он в назначенное время отправился туда, послав однако ж вперед своего скорохода узнать, съехались ли гости. Скороход застал уже всех за столом и получил в ответ, что г. тайного советника вовсе не приглашали. Но он объявил, что сам говорил с человеком, приезжавшим с приглашением, и что господин его уже едет. Человека этого призвали, и показание его было согласно с показанием скорохода; однако ж последнему все-таки сказали, что очень сожалеют о происшедшем недоразумении и о напрасном беспокойстве, причиненном тайному советнику, которого, впрочем, при первом случае будут иметь честь пригласить к обеду. Такой отказ был весьма невежлив, тем более что за стол только что сели; кроме того, в числе гостей находились молодой граф Сапега и многие другие, следовательно можно было бы принять и тайного советника. Впрочем, ответ этого князя был совершенно по нем. После обеда к его высочеству приезжал камергер Нарышкин осведомиться, не будет ли ему каких-нибудь приказаний. Он, казалось, был очень доволен, что утром герцог удостоил его своим посещением. Вечером его высочество отправился вниз к графу Бонде, у которого пробыл со мною до 11 часов.
Свободное копирование
