Петроград при большевиках - 8

Иностранцы были сильно обеспокоены происходящим. Они не могли рассчитывать ни на защиту в России, ни на разрешение выехать. Их положение оказалось особенно опас­ным. Я слышала от тех, кто встречался с французами (как из посольства, так и из военной миссии), что они жаловались и гневно обвиняли нашу страну и ее жителей всех классов. Британцы держались намного спокойнее, хотя их беспоко­или больше, чем французов, поскольку сэр Джордж Бьюкенен (Бьюкенен Джордж Уильям (1854—1924) — профессиональный дипломат, британский посол в Санкт-Петербурге в 1910—1918 годах (см. Бьюкенен Д Моя миссия в России и другие дипломатические воспоминания).), сохраняя чувство собственного достоинства, решительно от­казывался принять Троцкого или иметь с ним какие-либо дела. Он отказался и от красногвардейцев, предложенных ему для охраны посольства. Месье Нулен (Hулен Жозеф (1864—1939) — французский посол (1917—1918), бывший военный министр и министр финансов, сенатор (см. Нулен Ж. Мое посольство в Советской России).), напротив, встре­тился с Троцким во французском посольстве и согласился принять охрану от действующего правительства, которая, насколько мне известно, состояла из польских отрядов.

Итальянский посол уже давно заболел и покинул Петро­град, когда к власти пришли большевики. Мистер Франсис, как всегда, сохранял жизнерадостность, доброжелательность и проявлял глубокий интерес к исторической ситуации. Даже в самом трудном положении он был полон сил и проявлял изобретательность. Он надеялся на успешное вмешательство казаков, возглавляемых Калединым и Корниловым, и хотя мы не разделяли его оптимизма, но не могли не восхищаться силой духа и бесстрашием американского посла. Однажды он отметил, что несколько разочаровался в русских людях или скорее в том, как они воспользовались великим даром —благом свободы, но это было брошено мимоходом. Ему явно никогда не приходило в голову покинуть свой пост, что бы ни произошло, хотя он вполне откровенно говорил о тех угро­зах и опасностях, которым постоянно подвергался. Он отка­зался от охраны, предложенной правительством для защиты посольства, но позволил генералу Джадсону, главе военной миссии, согласиться на охрану его ведомства. Посол и его секретари сами днем и ночью несли охрану посольства. Штат посольства не отставал от своего главы в отваге и мужестве, невозможно было не восхищаться этой маленькой группой.