Таким образом мы дожили до 25 октября по русскому стилю (7 ноября), когда получили первые новости о крупном восстании большевиков в столице, о штурме Зимнего дворца, побеге Керенского, падении Временного правительства и аресте его оставшихся членов! В Петрограде явно воцарился хаос, а затем полнейшее безмолвие; все связи — телеграфная, почтовая, через прессу — прервались!
В Киеве незамедлительно нашли отражение последствия разыгравшейся на севере драмы. При первых же известиях о восстании Михаил направил кирасиров охранять арсенал и железнодорожный вокзал, а кадет из двух военных школ направили на охрану здания штаба, телефонной, водной и электрической станций. А когда большевики принялись устраивать беспорядки поблизости от их собственных казарм (в императорском дворце), их атаковали кадеты и казаки. За три дня состоялось два сражения поблизости от дворца и в его садах, и он несколько раз переходил из рук в руки.
В четверг и пятницу бунтов не было — только процессии, митинги, общее возбуждение и забастовки на фабриках за городом. Затем перестали ходить трамваи. В пятницу вечером собралась толпа, угрожающая напасть на здание штаба, возникла необходимость усилить его защиту. Я видела, как прибыло пополнение, состоявшее из юных кадет. Было темно, и звук их тяжелых шагов привлек меня к окну около часа ночи. Первая группа зашла и скрылась в здании, занимая задние дворы. Затем прибыло еще одно большое соединение, и мальчики разбежались по улице, занимая тротуары и проезжую часть, разжигая бивачные костры, составляя ружья и устраиваясь на ночь. Выглядели они щегольски и явно радовались возложенным на них обязанностям. Молодые голоса и смех доносились до нас через открытые окна. На мои выражения сожаления муж ответил, что эти мальчики должны теперь выполнять такую работу, поскольку у него недостаточно кирасир. Он поставил последних в самые ответственные места. А этим паренькам подобные приключения нравятся значительно больше, чем учеба. Им от семнадцати до двадцати лет, но они ощущают, что делают настоящее мужское дело. И действительно, возможно, им придется его делать. Я видела, что Кантакузину самому не нравилось, что приходилось их использовать.
Небольшая пушка и скорострельные орудия были установлены таким образом, чтобы могли держать под прицелом оба конца улицы. Наш квартал относился к Банковой, соединявшейся с другими улицами под прямым углом, и с обеих сторон здания закрывали перспективу. Так что если бы пушка стала вести огонь по толпе, то снаряды попали бы прямо в дома.
Муж мало говорил, но выглядел побледневшим и взволнованным. Большую часть времени он днем и ночью проводил в штабе, где Кириенко (Князь Кантакузин был отправлен со своей бригадой в Киев вскоре после Февральской революции, чтобы поддерживать порядок в столице Украины. Представитель партии социалистов-революционеров Кириенко был «комиссаром» Временного правительства, присланным, чтобы нести ответственность за гражданское управление Киевом и провинциями. Эти двое явно нашли общий язык.) проводил постоянно проходившие заседания импровизированной комиссии, созданной для того, чтобы решать вопросы местной обороны и действий городского правительства. Кириенко был замечательным человеком. Он сохранял хладнокровие, оптимизм, ободрял окружающих, принимал быстрые и ответственные решения, принимал посетителей и депутации, словно играя в покер с судьбой, порой блефуя, выигрывая очки, отчаянно стараясь продержаться в надежде, что каждый час могут прийти новости из Петрограда.
Свободное копирование
