Постановка "Антигоны" очень встревожила власть предержащую. Директор департамента полиции Лопухин направил 3 февраля 1905 г. отношение товарищу министра внутренних дел К.Н. Рыдзевскому, пересланное последним в дирекцию.
Вот содержание этой бумаги:
"По полученным департаментом полиции агентурным сведениям в С.-Петербурге существует кружок лиц интеллигентного класса, ведущих преступную противоправительственную пропаганду, преимущественно среди учащейся молодежи. Одним из руководителей этого кружка был арестованный ныне писатель Алексей Пешков (Горький).
Преследуя свои преступные цели, члены кружка пользуются всякими средствами и способами, чтобы дискредитировать в глазах слушателей существующий в империи образ правления и вызвать враждебные к нему отношения, и, между прочим, прибегают к посредству театральных пьес, которые могут дать в этом отношении благодарный материал…
Имеются сведения, что 15-го сего февраля на сцене Александрийского театра будет поставлена трагедия Софокла "Антигона".
Руководители указанного кружка имеют в виду воспользоваться содержанием этой пьесы для устройства противоправительственной демонстрации. В этих целях предположено предоставить значительное количество мест в театре учащейся молодежи либерального направления, которая во время спектакля, при произнесении артистами определенных, заранее отмеченных и условленных выражений трагедии, дружно и громко будет выражать свое порицание или одобрение, не исключая и возгласов преступного характера.
Так, предположено сопровождать дружным свистом и шиканьем слова царя Креона: "Нет, не богов, а граждан виню во всем: роптали на меня бунтовщики, главами помавая; стряхнуть ярмо пытаясь", "Нет хуже зла, чем дух мятежный" и т. д.
Возгласами одобрения и даже криками "долой самодержавие" решено сопровождать следующие слова трагедии: "Но и царь непобедимый, если нет в нем правды вечной, на погибель обречен", "Принадлежать не может одному свободная земля", "А все тираны любят прибыль бесчестную", "Ты, царь, насилье совершил, ты преступил закон, и духи мщенья… тебя подстерегают, чтоб муками за муки отплатить" и т. д.
Бумага оканчивалась словами:
"Об изложенном имею честь представить вашему превосходительству с приложением печатного экземпляра помянутой трагедии".