18 [ноября]. Был на выставке. «Кабачок» — моя работа пером и «Озеро Селигер» — акварель замечательной работы, картина моей ученицы Порет куплены Третьяковской галереей.
Какой-то человек подошел ко мне после долгого всестороннего осмотра моей жены, шедшей со мною, и спросил, не ее ли портрет я писал. После моего утвердительного ответа он завел разговор о «Формуле вечной весны», прося пояснений. Когда я дал короткие объяснения, он, как зараженный повальной болезнью, стал уверять меня, что зритель этой картины не поймет.
Под многими вещами висят ярлыки: «продано», «приобретено». Покупает даже страхкасса. Ленсовет приобрел ряд работ — из них, при первом моем впечатлении, большинство — голые женщины.
Когда я стоял в трамвае, возвращаясь с выставки, за моею спиною кто-то сказал: «Из-за этого Филонова мы не видали выставки». — «Да, — ответил женский голос, — проторчали в его комнате, а других вещей почти и не видали».
Каталог выставки еще не готов. Вера Николаевна вместе со мною сегодня в моей комнате проверяла корректуру моих вещей в каталог.
С выставленных вещей уже продаются в музее репродукции. Моих нет ни одной, зато вещей директора музея т. Гурвича засняли штуки 3—4.
Вечером позвонил Порет, сказал ей, что ее вещь куплена Третьяковкою. Она сообщила, что «Калевала» выйдет к 1 января.
Свободное копирование
