8 июня. Вторник. На могиле ничего, попалась на западе только коневая кость. Вымерены стены.
9 июня. Среда. В первый раз пообедал со вкусом, а есть вовсе не хотелось. Поел за завтраком сыра, каши вонючей потом и поморил аппетит. Но стал обедать, и ел отлично. Оттого, что был один бульон из курицы без всяких приправ, только малая доля укропа положена, вот и вся прелесть. Бульон великолепный. Даже табак в первый раз стал вкуснее, а Чуюна я ругал, ругал.
В северо-западной части в 2 саженях от северной стены и в 4 саженях от центра обнаружилась трещина, а за ней, к западу рушена земля (от лисьей норы?).
10. Четверг. Северный ветер. К вечеру — западный. Письмо к Грачову. Наш брат там хорош, где нас нет. Вот что хочу сказать тебе на твои порывы ездить, разъезжать, путешествовать. Я сам не совсем еще пережил это порыванье. Но убеждаюсь, что это чепуха, такая же чепуха, как все на свете. Все неверно, а главное все неверно в тебе, а не где-либо в природе или в людях. А отчего неверно? Оттого, что две силы борются в нас. Сила увековечить все, остаться в лете, бессмертным, отсюда все бредни о бессмертии, и еще сила ж и т ь, т. е. ежеминутно менять свой образ, свою натуру, обновлять новыми впечатлениями, не говоря уже о новой одежде, пище, жилище. Словом сказать, нами управляют две силы — смерть и жизнь. Одна в душах, бессмертие, другая — изменчивость всего. Я живу, следовательно, не могу оставаться одним и тем же. Что прожито и пережито, то как говно извергается, как ненужное выбрасывается.
На могиле ничего.
Свободное копирование
