Политическая атмосфера сгущается - 2

Апрель.

 Англичане грозят Союзу. Генеральная стачка английских горняков продолжается, и наши рабочие выказывают горячую солидарность. Профсоюзы шлют помощь. Идет собирание сил рабочих под советскими революционными лозунгами. Английские рабочие начинают нас понимать. Но именно это-то и бесит английскую буржуазию, это-то и ведет к конфликту. Уступить мы не можем, как не можем идти на компромисс с Гоминьданом[1].

 В Москве тревожно.

 И здесь тоже тревожные дни. Соединенные Штаты грозят разрывом с Мексикой. Основа, конечно, вопрос о нефтяных источниках. Тампико в центре внимания. Ходят слухи, что Кальес хочет уйти с поста раньше срока. Я этому не верю. Он хитер, и сейчас инициатива в борьбе за нефтяные источники в его руках. Мексиканское правительство опирается на конституцию, народ стоит в этом вопросе за Кальеса.

 Только и разговоров, что о статье 27-й. Эта статья конституции 1917 года грозила конфискацией тех иностранных земель и концессий, которые при Порфирио Диасе[2] были предоставлены иностранным владельцам, главным образом англичанам и североамериканцам. Угроза аннуляции концессий по нефти, разумеется, огромный удар для Соединенных Штатов. Но я считаю, что на разрыв с Мексикой они не пойдут.

 В отношении Англии и ее "претензий" к Союзу линия нашей политики де-факто еще тверже, чем раньше. Одна нота звучит повторно и четко: стремление удержать мир, нежелание войны.

 Партийные разногласия у нас отражаются и на мировом рабочем движении. На днях вечером собрались наши друзья, и мы долго дискутировали проблемы нашей советской политики. Вопросы нашей хозяйственной политики — социалистическая индустриализация, борьба с кулаком, смычка города и деревни — все это мексиканцы понимают и разделяют. Особенно вопрос о смычке с крестьянством и борьбе с зажиточными "асиендадосами", которых они с удовольствием у себя поджигают и убивают при "локальных революциях".

* * *

 Живем без денег. Финчасть еще сократила наши "кредиты" (ассигновки). Экономлю на приемах, а сейчас именно следует развить работу. Особенно, когда расширились знакомства и связи. И когда настроения явно антиимпериалистические. Прошу Литвинова о доассигновках. Георгий Васильевич [Чичерин] меня бы в этом поддержал, но он решительно не вмешивается в мексиканские дела, — это область Литвинова. Отношения же между ними еще обострились. Хайкис рассказывает, что бывали периоды в НКИД, когда Максим Максимович и Георгий Васильевич так друг друга не выносили, что вместо встреч переписывались из кабинета в кабинет. Хайкис, один из бесчисленных секретарей Чичерина, разносил эти записочки весьма ядовитого тона.

 Мексику у нас недооценивают как политический фактор. Ею не интересуются ни в НКВТ {Народный комиссариат внешней торговли. — Прим. ред.}, ни в НКИД. А между тем ее политика дает тон Латинской Америке. Особенно в Аргентине. А там сейчас революционное движение и крепнет коммунистическая партия.