Так вот, после большого отступления на подробности о Юлиных родственниках, вернусь к тому, что мы запланировали поездку на Первомайские праздники 1956 года в Ташкент, к родителям Юли и к нашему старшему сыну. Напомню, что это два дня праздников, 1 и 2 мая, и мы намечали провести их с семьёй, повстречаться с некоторыми друзьями - однокашниками, проживавшими в Ташкенте. Выехали мы, примерно, в 16 часов 30-го апреля. Мы, это и Юлия и семимесячный Витенька на руках, благополучно преодолели вброд два сая, "Дукент" и "Аблык", а третий, самый большой и коварный, "Ахангаран", встретил нас более полноводным и пришлось снять ремень вентилятора автомобиля, чтобы не залить водой свечи зажигания (такое мероприятие уже знали из предыдущего опыта). Проехали. А, при подъезде к Ташкенту, пошёл сильный дождь, по весеннему бурный! Стало понятным, что если он продолжится, то на обратном пути ни каким образом не преодолеть этот сай своим ходом. Дождь продолжался с некоторыми перерывами и ночью, и днём, 1-го мая.
Наш отдых был испорчен тревожными мыслями о сложностях обратной поездки и мы приняли решение уже где-то в 13-14 часов возвращаться домой. При подъезде к саю увидали следующую картину: у правого берега реки стоит несколько автомашин наших Развилковских сослуживцев и товарищей; в середине бушующей реки выглядывает крыша "Победы", на которой стоит её владелец (фамилию не помню). Никто из стоящих на берегу, а это были, среди других, Прокопенко Н.С., Шитовы Андрей и Марина, маркшейдер рудника N 2 Чернышёв Юрий с супругой, не решались двигаться дальше. Время шло, начал опять моросить дождь, стало темнеть. Я принимаю решение первым, из стоящих, пробовать переехать выше по течению от затопленного автомобиля. Мы договорились с Шитовыми, что Юлия с маленьким Витькой перейдут к ним в "Победу". Снял ремень вентилятора, завёл двигатель и спустился в воду, проехал немного меньше половины потока. Вдруг, машина резко провалилась в "яму" и заглохла. В кабину стала заливаться вода. Пришлось открыть дверку, что удалось нелегко, и выйти на берег. Вода была очень холодной. Уровень воды в кузове достиг высоты почти до низа рулевого колеса ("баранки"). Кто-то из желающих переправиться пошел в ближайший кишлак (сельский посёлок в Узбекистане), с целью найти трактор с трактористом для перетаскивания наших автомобилей через поток. Через час появился таковой и за 25 рублей с каждой машины согласился переправить нас. Для меня эта операция была особенно неприятной, так как у "Москвича" не оказалось специальных мест для зачаливания буксирного троса и, чтобы этот трос всё-таки зацепить за передние полуоси, надо было нырять в холодную, мутную, быстротекущую воду, причём делать это пришлось несколько раз. Наконец, мне это удалось и трактор вытащил машину со мной на противоположный берег. Затем были перетащены остальные автомобили уже благополучно по трассе выше моей, где ям не оказалось. Юрий Чернышёв предложил мне пол-литровую бутылку водки, имевшуюся у него, чтобы предотвратить простуду, и я воспользовался ею, выпив "с горла" почти всю. Затем собрал у всех сухие тряпки и стал протирать всё подкапотное пространство и, в первую очередь, свечи зажигания, провода и т.п. Товарищи помогали мне и, прокрутив заводной ручкой несколько раз двигатель, он завёлся. Мы колонной двинулись в путь, понимая что и остальные саи необходимо будет преодолевать с помощью тракторов. Так это и было. Уже поздно ночью добрались до дома, Юлия с Витей так и доехали на "Победе" с Шитовыми.
На следующий день, заглянув на автомобиль, я обнаружил, что уровень масла, определяемый специальным щупом, выше нормы и достиг среза горловины, то-есть, в картер попала вода и на этой масляно-водяной смеси машина проехала около 80-ти км. Эту смесь я, конечно, сменил, промыв емкость, но каких-либо повреждений двигателя не произошло. Этим я хочу лишь подтвердить, что примитивный Советский автомобиль завода АЗЛК "Москвич", был весьма неприхотливым и надёжным средством передвижения, и я с очень теплым чувством вспоминаю годы, когда пользовался им.
Свободное копирование
