Одна жизнь - 126

В общем, Новый Год встретили, и вот тут уже - неважно в какой я палате был уже, тут неважно - в какой-то прекрасный день нам объявляют, что весь госпиталь отсюда эвакуируют в другой госпиталь, там же, а здесь будет восстановлена школа для детей, учиться. И нас перевозят в другой госпиталь, там же. Ну, кто может идти, тот сам идёт, это январь, по-моему, был уже, январь сорок четвёртого года. Да, наверное, это было... да, Новый год мы встретили тут ещё, в старом госпитале. И вот тут, в новом этом госпитале, вот я попадаю в палату, где всего четыре человека. Вот с чего я начал, потом сказал, что ошибся - вот палата на четырёх человек - это я попал в палату вот во втором, другом госпитале. Значит, меня перевезли туда, ходить я ещё не мог, но я уже на костылях мог ходить по палате, по коридору, а делалось это так: бинт, одевал петлю на ногу, на шею, чтобы эта нога загипсованная не вниз висела, а немножко вперёд, чтобы ей не цеплять там за пол и за всё - и на костылях я прыгал вовсю. Вот - правда, помню, один раз упал. А как? Пошёл в туалет - я уже в туалет ходил сам, уже не надо было мне ни утку, ничего, ходил в туалет - вот ещё было главное достижение. Пошёл в туалет - а там только что пол помыли, перед туалетом, а коридор был неширокий, и там у меня костыли поехали по мокрому, и я шлёпнулся. Грохоту было много - костыли гремели, гипс гремел, но я как-то не ушибся, хотя упал поперёк коридора, и получилось так, что дверь - прямо между двумя дверями: одна дверь с правой стороны коридора - из класса, из палаты, а слева - дверь в уборную. Обе двери открываются наружу, то есть в сторону коридора. Так вот: дверь из палаты нельзя открыть - она мне в голову упирается: приоткрывается там немножко и в голову упирается - и дверь из туалета нельзя открыть, она мне в ногу упирается. Ну, правда, тут быстро ко мне подбежали, в том числе и медицинские работники, "ах-ах, туда-сюда", а я смеюсь лежу. Ну, они, когда увидали, что я смеюсь, подумали - ну, значит, ничего не произошло, не сломал ничего... Помогли мне подняться, я, конечно, сам не мог подняться, я снова встал на костыли - говорю: "Всё в порядке, я даже не ушибся". Ну, сходил я в туалет, посмеялись, на этом всё и кончилось. Вот такой эпизод был, да. И вот, перевели нас в новый госпиталь, нас там четыре человека. Вот двоих я помню: это Вася Одарич из Омской области и Сашка Дементьев из Свердловской области. А кто был четвёртый, не помню. Причём Сашка Дементьев с такой же ногой, как и я, то есть ему тоже резекцию коленного сустава сделали... Но они все старше меня, я там самый молодой был. Васька Одарич, по-моему, с двадцатого года был, а Сашка, по-моему, с двадцать второго или с двадцать первого что-то. Кто четвёртый был - не помню. Совершенно не помню. У нас был балкон на втором этаже. Мы были в этом госпитале, у нас был балкон - вот мы оказались там вчетвером... Ну, на сегодня хватит, продолжу в следующий раз.