Тем же летом, в июле 1959-го, открылась в Москве Американская выставка.
Сенсация. Километровые очереди, одуряющий запах пепси-колы — ее бесплатно наливали всем посетителям, и иные разочарованные антиамериканисты демонстративно выливали ее на песок; споры у стендов между озверевшими от восторженной зависти и патриотизма зрителями и умелыми русскоговорящими американскими служащими, ошеломляюще открыто излагавшими прописные истины свободного мира, цветные (!) телевизоры (у нас и черно-белые-то еще были достаточно редки), панорамное кино, лощеные автомобили (даже название их окраски — «готическое золото», «металлическая синева», например, — вызывало оторопь!), даровые проспекты невиданно красивой жизни. Гигантский панорамный экран, на котором показывался величественный фильм о стране.
И главное — художественная выставка, где я впервые не только увидел, но и узнал Эдварда Хоппера, Фрэнка Стеллу, Джорджию О’Кифф, Марка Ротко, Джексона Поллока, француза Ива Танги (он с 1939-го жил в США), Жака Липшица, Александра Колдера… Сейчас хрестоматийные имена, а тогда открытие, растерянность: качество, не уступающее шедеврам старых музеев, но все иное, совсем иное!
Но больше всего потрясало сознание униженных бытом советских людей — это показанный широко и эффектно тот же самый быт у американцев. Не только автомобили, бывшие у нас малодоступной роскошью, но то всеобщее удобство жизни, которое на выставке представлено было и щедро, и умело. Там выстроили подобие обычного американского дома, просторного и без затей, со множеством невиданных кухонных приборов. Зависть и губительные сомнения мучили посетителей. Власти выносили секретные тогда указы о дискредитации выставки и старались всеми силами помешать восхищению. Хрущев подавал пример, ведя с приехавшим в Москву вице-президентом США Никсоном вздорные и пылкие дискуссии о преимуществах социализма…
Свободное копирование
