Весна посияла ясными деньками и растаяла в тёплой дымке. В последних майских числах закончился сезон в Народном театре клуба Минфина и театре "Чтеца" клуба Медработников. Я попрощался с товарищами в Минфине, а через день поехал в "Медработники" прощаться с тамошними друзьями. В "Чтеца" я отправился вместе с Володькой — другом-студийцем, с которым ходил туда девять месяцев. Я и Володька выступили на последнем концерте и тепло расстались с ребятами "чтецами" и нашей руководительницей. И из чтецкого коллектива мы ушли очень довольные, заполучив хорошую подготовку для нашей главной мечты — поступлению на актёрский факультет. И у меня в загашнике отложились для отборочной комиссии отрывок из Гончаровского "Обломова" — "Курымушка", стихотворение Тютчева — "Весна" и басня Крылова — "Два спорщика". А Володька приберёг для подачи театральным педагогам один из маленьких рассказиков Чехова, стих Есенина и какую-то Крыловскую басенку.
Распахнулся июнь, и начались отборочные туры в театральных ВУЗах. Я сперва нацелился на ГИТИС. И отправился туда на творческое прослушивание утром в первую субботу. Отправился один — Володька стал сдавать экзамены в училища по будням: он специально взял для этой цели отпуск. А я не захотел брать отпуск, решив приберечь его для намечающегося впереди кинофестиваля, посчитав, что мне и четырёх суббот хватит для предъявления отборочной комиссии своих талантов. Я прибыл в институт и записался на "чтение". Постоял в коридоре, в толпе таких же, как и я, абитуриентов, с часик и был вызван в приёмную аудиторию. Представ перед двумя мужчинами, я легко и красноречиво выложил им свой подготовленный материал. А мужчины прослушали меня, поблагодарили и сказали: "Вы можете быть свободны", — дав понять, что моя персона ГИТИСу не подходит. Я вышел на улицу весь на взводе и решил тут же ехать в Щепкинское училище — благо, оно находилось отсюда неподалёку.
В "Щепке" я оказался в двенадцать часов. Там уже собралась масса молодёжи, и вовсю шло творческое прослушивание. Я записался на "прослушку" и стал ждать своей очереди. Промаявшись в училище часа два, я попал на глаза приёмной комиссии. Рассказал комиссии кусочек прозы, прочитал стихотворение и изложил басню, и был отпущен со знакомыми словами: "Спасибо, вы свободны". И получилось так, что в "Щепке" я тоже не пришёлся по нраву. Но у меня в запасе оставались ещё Щукинское и МХАТовское училища, и я понадеялся, что в одном из них меня уж точно заметят и приветят.
Свободное копирование
