Весна заструилась к лету. В театре Минфина репетиции прекратились, и я туда стал приезжать только в воскресенье, чтобы сыграть в очередном спектакле. В "Медработниках" я продолжил появляться два раза на неделе, дабы отточить чтение басни и стихотворения, нужных мне для поступления в "театральное". И у меня образовалась уйма незанятого времени, и оно отошло под кино. Я стал искать хорошие фильмы и смотреть их. И за два последних весенних месяца мне удалось познакомиться с множеством кинопроизведений. Они прибавились к тем, которые я получил зимою. И из них мне понравились больше всего вот эти.
"Чистыми руками" и "Последний патрон" — Румыния.
У этих фильмов режиссёр и исполнитель главной роли был один и тот же — Серджио Николаеску. Фильмы были лихими боевиками, и второй являлся продолжением первого. Они рассказывали о работе уголовной полиции и о её возрождении после Второй Мировой войны.
Румыния, хотя и считалась социалистическим государством, но своих борцов за соблюдение порядка назвала всё же полицейскими, точно так же, как их называли в западных странах. И, наверно, это было правильно, потому что её полисмены очень отличались от милиции Советского Союза и обличием своим, и поступками.
Во-первых — чего стоил один только вид полицейского комиссара, которого играл Николаеску. Он носил широкополую шляпу, одет был в длинный, светлый плащ, в стильный свитер и отутюженные брюки, а обут был в модные тупоносые ботинки. Только пронзительный и суровый взгляд его и семизарядный кольт, вылетающий с быстрой лёгкостью из кармана, позволяли понять, что перед тобою не расфуфыренный франт, а профессиональный борец с преступностью, способный предотвратить любое злодеяние.
Итак, что же показывал один и другой кинофильмы. Оба они выявили бывшего офицера-фронтовика, вернувшегося с войны в родной Бухарест. А там в те времена творилось чёрти что: властвовали уголовники-бандиты и недобитые фашистские прихвостни, грабя банки, магазины и убивая людей. Так вот, фронтовик столкнулся однажды с группой наглых бандитов, обчищающих хлебный ларёк, и он их всех перестрелял из именного револьвера, предотвратив грабёж. И за свой поступок он угодил в "кутузку", где ему объяснили: "Убивать преступников простым людям нельзя, это могут делать только работники полиции. И если ты желаешь оказать нам помощь в очищении города от всякой нечисти, то поступай к нам на службу". Фронтовик согласился стать полицейским. Его назначили комиссаром, и он приступил к своим обязанностям и пустился лихо истреблять под корень всех распоясавшихся городских преступников.
С начального кадра первой серии фильма и до последнего эпизода второй серии ковбойского облика полицейский в одиночку гонялся за преступными элементами и убивал их пачками налево и направо, и смотрелась вся эта бойня захватывающе. Руководство осуждало лихого подчинённого за увеличившуюся в городе стрельбу и льющуюся кровь, но строго его за это не наказывало. Потому что пули его точно косили всех убийц, грабителей и насильников, и мрази этой на улицах Бухареста становилось всё меньше и меньше.
Комиссар-боец за две серии разошёлся так, что постепенно и вправду без какой бы то помощи победил всех злодеев, мешавших налаживать мирную жизнь в городе. И это у него получилось столь хорошо, что делать дальнейшее продолжение его экранных подвигов не понадобилось.
Свободное копирование
