-394-
Александр
31 марта 1897, Петербург
Алтоша, дорогой.
Уже несколько дней я получаю от А. С. Суворина тревожные, но крайне неопределенные известия о твоем здоровье и о твоем пребывании в клинике Остроумова. Что с тобой, дорогой мой, произошло? Зачэм, дюша мой, хвараеш?!
Питер с волнением и участием говорит о тебе, ибо весть разнеслась быстро и притом, как и всегда, в несколько преувеличенном виде. Оказывается, что ты весьма популярен и любим публикою. Но отсюда не следует, чтобы ты хворал.
Моя половина повесила нос на квинту и тоже волнуется, и весьма искренно.
Собираешься ты, по словам Суворина, в Питер. Не спеши и не езди в наше болото. Если есть какие дела, то поручи, буде хочешь, мне. Я исполню по силам и с охотою и весь в твоем распоряжении. Но в Питер все-таки не езди: Нева вскрывается и, по общему гласу врачей, бронхиты, трахеиты и всякого рода подобная сволочь обострились сильно.
M-lle Émélie шлет тебе на галльском жаргоне привет и бранит тебя за хворь; приказала сказать, что у нее душа болит.
Черман тебе кланяется.
Купи себе велосипед и нажаривай. Я на велосипеде так глубоко и смачно дышу, как никогда не дышал на ногах. Роскошный инструмент.
Суворин говорит, будто тебе запрещено писать. Поэтому можешь мне не отвечать, но привет самый искренний и сердечный прими, а письмо употреби для нужд твоего anus'a.
Будь здрав и благоденствуй.
Жму руку.
Твой Гусиных.
Суворин записал в дневнике 26 марта 1897 г.: "В 11-м часу пришел доктор Оболонский и сказал, что у Чехова в 6 ч. утра пошла опять кровь горлом и он отвез его в клинику Остроумова, на Девичьем поле. /.../ Я дважды был вчера у Чехова, в клинике. Как там ни чисто, все-таки это больница и там больные. Обедали в коридоре, в особой комнате. Чехов лежал в No 16, на десять NoNo выше, чем его "Палата No 6", как заметил Оболонский. Больной смеялся и шутил по своему обыкновению, отхаркивал кровь в большой стакан. Но когда я сказал, что смотрел, как шел лед по Москве-реке, он изменился в лице и спросил: "Разве река тронулась?" Я пожалел, что упомянул об этом. Ему, вероятно, пришло в голову, что не имеет ли связи эта вскрывшаяся река и его кровохарканье. Несколько дней тому он говорил мне: "Когда мужика лечишь от чахотки, он говорит: "Не поможет. С вешней водой уйду"" (ДС, с.287--288).
Свободное копирование
