ГЛАВА XXVI
РЕВОЛЮЦИОННАЯ ПЕЧАТЬ
Немедленно же после издания манифеста 17 октября о свободах началась борьба за осуществление полной свободы печати.
Уже 19 октября Петербургский Совет рабочих депутатов постановил, что только те газеты могут выходить в свет, редакторы которых игнорируют цензурный комитет, не посылают своих номеров в цензуру. В Москве союз печатников сделал аналогичное постановление: потребовать от владельцев типографии печатать все без цензуры и бойкотировать тех из них, Которые не выполняют этого требования; потребовать от рабочих не печатать цензурированный материал; обратиться к обществу и литераторам с предложением бойкотировать подцензурные издания. Союз книжников, председателем которого был член нашей лекторской группы С. Я. Цейтлин, постановил не продавать в книжных магазинах цензурированные издания. Под давлением рабочих владельцы типографий постановили, что впредь они будут печатать только издания нецензурированные.
И вся прогрессивная печать начала выходить с конца октября без цензуры, стала обо всем говорить полным голосом. Наша партия приняла меры, чтобы использовать новые условия и поставить свою партийную легальную газету. Это было тогда не так-то легко сделать. Надо было иметь для этого значительные средства. Центральному комитету при содействии Максима Горького и Красина удалось получить эти средства, и 27 октября в Петербурге вышел первый номер социал-демократической большевистской газеты "Новая жизнь".
Велика была моя радость, когда я 28 октября утром купил за пять копеек первый номер "Новой жизни" у газетчика, который кричал на всю улицу: "Вышел первый нойер социал-демократической газеты "Новая жизнь"! К газете была приложена отпечатанная на вкладном листе программа Российской социал-демократической рабочей партии. Подумать только: несколько дней тому назад за нахождение программы партии при обыске грозила тюрьма, а вот теперь открыто покупаем и социал-демократическую большевистскую газету, и программу! С гордостью читали мы, что газета издается при ближайшем участии Максима Горького, что в числе сотрудников значится наш вождь В. И. Ленин и другие члены ЦК партии, члены МК -- В. Шанцер, К. Платонов (С. И. Черномордик), наши большевистские литераторы А. Луначарский, М. Ольминский, члены нашей лекторской группы -- И. Скворцов-Степанов, М. Покровский, Н. Рожков, М. Лунц.
Ленин не принимал непосредственного участия в первых номерах газеты, так как еще не возвратился тогда из эмиграции, но, приехав в Петербург 7 или 8 ноября, он уже с 10 ноября начинает регулярно писать в газете и становится ее фактическим редактором. Его статьи сразу вносят большую определенность и четкость в вопросы большевистской тактики: о значении Советов рабочих депутатов, об участии в беспартийных организациях, об отношении к другим партиям, в частности к крестьянскому союзу, реорганизации партии при новых условиях. По всем этим вопросам даются в статьях Ленина решения, которые принимаются к руководству всей партией, вследствие их явной целесообразности и политической мудрости.
С 27 октября по 3 декабря регулярно выходила "Новая жизнь"; всего вышло двадцать восемь номеров (не выходила после воскресных и праздничных дней и в дни всеобщих стачек в Петербурге). Тираж ее был восемьдесят тысяч -- по тому времени очень значительный, в особенности для новой газеты; требования на газету были еще большие, но не было технической возможности увеличить тираж. С 21 ноября газета стала выходить под заголовком: "Рос. соц.-дем. рабочая партия" и с лозунгом "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!"
Газета велась в боевом большевистском духе -- открыто писалось о свержении самодержавия путем восстания, велась пропаганда идей социализма.
Царская администрация делала ряд наскоков на газету, конфисковывала отдельные номера, привлекла официального редактора поэта Минского и издательницу М. Ф. Андрееву (жену М. Горького) к суду, но да 3 декабря не (решалась покончить с газетой. В дни реакции Минский и Андреева были приговорены царским судом к заключению в крепость (точно приговора не помню).
Интересно отметить участие поэтов-декадентов Минского, Бальмонта, Теффи в большевистской газете. Подъем революционного движения и роль в нем пролетариата были настолько велики, что произвели сильнейшее впечатление на широкие круги интеллигенции, и многие из ее среды, стоявшие еще недавно совсем в стороне от революции, от пролетариата, стали на короткое, правда, время нашими попутчиками,
Бальмонт писал в "Новой жизни":
Рабочий, только на тебя
Надежда всей России.
Тяжелый молот пал, дробя
Оплаты крепостные,
Тот молот твой -- пою тебя
Во имя всей России...
Теффи поместила в газете прекрасное стихотворение "Пчелки". Приведу некоторые выдержки из него:
Мы -- бедные пчелки, работницы-пчелки,
И ночью и днем все мелькают иголки
В измученных наших руках...
Мы сшили кровавое знамя свободы,
Мы будем таить его долгие годы,
Но не расстанемся с ним...
Минский написал "Рабочий гимн" -- "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!"
Но прошли дни реакции, и большинство декадентов вернулись под свое старое знамя {С приездом В. И. Ленина в Петербург он стал фактическим редактором "Новой жизни", с восьмого или девятого номера, и все декаденты были удалены из газеты, только Минский остался официальным редактором.}.
Ввиду большого требования на социал-демократические большевистские газеты, решено было создать и в Москве такую газету. Наша лекторская группа взяла на себя выполнение этой нелегкой задачи: надо было найти официального редактора, которому угрожали всякие репрессии; нужно было найти средства, бумагу, типографию, которая согласилась бы печатать революционную газету. Не сразу удалось все это наладить, и только 27 ноября, уже незадолго до восстания, вышел первый номер газеты "Борьба". Официальным редактором стал Скирмунт, он же дал и основные средства; Гарин-Михайловский внес также пятнадцать тысяч рублей. Скирмунт был арестован 3 декабря, после выхода шестого номера, так что последние три номера (всего вышло девять номеров) вышли уже без него, хотя его подпись и значилась в газете. Скирмунт был привлечен за газету к суду и приговорен к трем годам крепости. Не знаю, состоял ли он формально членом нашей партии, но во всяком случае он активно ей содействовал. Умер он несколько лет назад. Кроме Скирмунта, в редакционную коллегию входили Скворцов-Степанов, Покровский, Рожков и, как представитель ЦК, В. А. Десницкии. Фактически газета была органом ЦК и МК. В числе сотрудников значились: Ленин, В. Шанцер, А. Луначарский, Ю. Адамович (Боровский), М. Ольминский, П. Румянцев, И. Гольденберг и все пишущие члены лекторской группы. Это была большая политическая газета, она велась в строго большевистском боевом духе и идеологически подготовляла вооруженное восстание. В ней помещались статьи по основным вопросам революции, текущего момента, тактики и организации партии, резолюции и сообщения о собраниях Совета рабочих депутатов и других организациях, хроника революционных событий и партийной жизни.
В эти боевые революционные дни сотни лиц толпились в конторе редакции (у Никитских ворот), приносили статьи, корреспонденции, известия, приходили узнать новости: здесь был центр революционной информации. Последний, девятый, номер вышел 7 декабря. В этом номере было целиком помещено воззвание Московского Совета рабочих депутатов и других организаций с призывом ко всеобщей стачке и вооруженному восстанию. После этого газета прекратила свой выход согласно постановлению Совета рабочих депутатов о закрытии на время всеобщей стачки всех газет, кроме "Известий" Совета. Да к этому же времени подоспело и закрытие ее администрацией и привлечение к суду редактора-издателя.
Кроме "Борьбы", Московский комитет стал выпускать со 2 декабря газету "Вперед", как руководящий свой орган. Эта газета носила популярный характер и была рассчитана на широкое распространение среди рабочих. Выходила она с лозунгами: "Российская социал-демократическая рабочая партия" и "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" Формально редактором-издателем числился А. П. Голубков, а издателем -- В. Н. Соколов (оба до сих пор, 1939 год, состоят в рядах ВКП(б). Вышло всего четыре номера этой газеты, последний -- 6 декабря.
Свободное копирование
