автори

1447
 

записи

196757
Регистрация Забравена парола?
Memuarist » Members » Ekaterina_Kuskova » Две декларации

Две декларации

27.07.1921
Москва, Московская, Россия

Две декларации

 

 Когда все переговоры с Кремлем, с одной стороны, и с общественными деятелями -- с другой, были совершенно закончены и декрет ВЦИКа должен был появиться в газетах, явилась идея (совершенно не помню, с чьей именно стороны), сделать две декларации в публичном собрании, дабы не было сомнений, что обе стороны нашли какую-то общую линию, обусловливающую их взаимоотношения. В Белом зале Московского совета произошло предварительное заседание Всероссийского комитета помощи голодающим, -- под председательством Л. Б. Каменева.

 Характерна была обстановка этого собрания. Внизу, у входа, стоял красноармеец. Перед ним, на столе, лежал список приглашенных на заседание лиц. Он водил пальцем по списку, оглядывал вновь приходящих и спрашивал: "Ты, который тута?" И, когда пришедший находил свою фамилию, он милостиво разрешал: "Проходи"...

 В самой зале, кроме членов Комитета и Каменева, никого не было. Только на хорах было несколько зрителей этого неслыханного и невиданного в советской России спектакля. После открытия заседания, от имени общественников оглашает декларацию H. M. Кишкин. Я не буду излагать ее целиком. Но некоторые места, наиболее характерные, приведу. Прежде всего -- обращение: "Граждане -- представители власти!" Надо заметить, что декларация эта обсуждалась в нескольких пленарных заседаниях и каждое выражение ее подвергалось критике. То, что огласил Кишкин, явилось уже результатом соглашения всех членов Комитета. Далее шло подробное изложение всех обстоятельств, приведших общественников к их решению. Подчеркивалось еще и еще раз, что работа пойдет по линии Краснокрестной, без вмешательства в политику власти, поскольку сама власть не будет -- со своей стороны -- давать к этому повод. Текстуально следует отметить следующие абзацы декларации:

 "Краснокрестная работа наша, лишенная всякого элемента политической борьбы, должна происходить гласно, открыто, под знаком широкого общественного контроля и сочувствия. Со своей стороны, центральная и местные власти должны обставить работу Комитета и объединенных им общественных сил такими условиями, которые содействовали бы наибольшей работоспособности, подвижничеству и сплоченности всех борцов со страшным бедствием. Мы должны иметь право сказать не только внутри страны, но и там, за рубежом, в тех странах, куда мы вынуждены обратиться за временной помощью, что властью поняты задачи момента, что ею приняты все зависящие от нее меры, гарантирующие работникам по голоду законную защиту их деятельности, скорое продвижение и полную сохранность всех грузов и пожертвований, предназначенных для голодающих. Только при строгом соблюдении этих условий Комитет сможет оказать действительную, а не фиктивную помощь погибающим людям... Впереди трудный путь и идти по нему надо твердо, с верой в Россию и в творческую силу ее народа. Сегодня, в этой встрече, мы даем взаимное обязательство всю работу по спасению голодных поставить под знак Красного Креста. И да будет он залогом веры в успех нашего дела".

 Отвечал на декларацию -- от имени власти -- Л. Б. Каменев. Он сказал, что правительство принимает условие аполитического характера работы и "не собирается делать из данного начинания никаких политических выводов. Оно полагает, что и другая сторона не имеет таких намерений. Что касается гарантий, то всем известно, что мы находимся в условиях чрезвычайно тяжких. Мы должны были бороться, существовать в условиях гражданской войны. Мы создали диктатуру пролетариата. Это определяет характер тех гарантий, которые может дать правительство. Мы гарантируем деловой работе Комитета все условия, которые могут сделать успешными ее практические результаты. Деловая работа не встретит никаких препятствий со стороны правительства и местных властей. Наоборот, она будет встречать поддержку на каждом шагу. Мы знаем, что ресурсов у нас мало, что их недостаточно для того, чтобы хотя в незначительной мере помочь бедствию. Требуется помощь из-за границы... Правительство вполне сочувствует идее, что Комитет самостоятельно будет распоряжаться всеми фондами и всеми продуктами, которые будут к нему поступать... Правительство абсолютно уверено, что соединенными усилиями трудовых масс и общественных деятелей удастся преодолеть все препятствия и доказать миру, что советская Россия работает на благо трудящихся масс".

 Таковы были две декларации... По содержанию, ответ Каменева вполне удовлетворил членов Комитета: гарантии даны были публично, открыто, не келейно, не в "частных переговорах" через посредников! Однако позиция общественников далеко не удовлетворяла власть. Эту неудовлетворенность, почти враждебность к ней, обнаружил вскоре же Луначарский. Он вскрыл наглядно, что именно раздражало власть в этой позиции. Когда вышел No 1 газеты Комитета "Помощь", в ней, тотчас же после передовой, была помещена статья "Под Красный Крест". В этой статье развивались идеи, которые уже были отчетливо выражены в декларации Кишкина. А рядом с ней была помещена статья, присланная газете Луначарским. В этой статье Нарком Просвещения писал: "Коммунистическая партия -- партия боевая, ревнивая о своем идеале, сознающая свою обособленность от других общественных групп, в такой момент и перед лицом такой нужды, не может отказать в широком праве самодеятельности даже людям, которые, приходя к ней, говорят: "Никакого политического перемирия, но -- Красный Крест!"

 Этой тирадой Луначарский весьма точно, весьма метко и более откровенно, чем дипломатический Каменев, определил положение. Да, тогда, в 1921 г., не было места для "политического перемирия". Была единственная возможность работы -- под Красным Крестом... Этот вызов Луначарского редакция "Помощи" приняла. К его статье ею было сделано следующее примечание: "Мы с особенным удовлетворением даем место статье представителя правительства, А. В. Луначарскому, который одним штрихом вполне точно определил основу соглашения между правительством и силами общественными на почве Краснокрестной".

 Все понимающие люди уже тогда считали судьбу Комитета предрешенной. Если для общественников понятие "Красного Креста" было наполнено живым содержанием, полным смысла и ненарушимым для тех, кто его понимал и принимал, то для "обособленной" и всем чуждой, всем враждебной коммунистической партии это понятие не заключало в себе никакого "святого" смысла. Для нее гражданская война была тогда единственным смыслом, все пронизывающим, все, до последнего атома, напитывающим враждой и обособленностью. И эту ее сущность превосходно обнаружил Луначарский.

 Не было поэтому иллюзий у людей, выкинувших флаг Красного Креста. Но была реальность: ведь и партия сознавала -- в силу трагизма положения -- что до поры, до времени этот флаг она должна принять, должна сделать вид, что смысл этого понятия не чужд и ей.

 На этом же собрании Каменевым была прочитана ответная телеграмма покойного В. Г. Короленко. Он соглашался принять звание почетного председателя Комитета и посвятить делу борьбы с голодом все свои силы.

 Закрывая собрание, Каменев сказал: "Будем надеяться, что голодающее население вскоре почувствует результаты соединенных усилий рабоче-крестьянской власти и созданного сегодня Всероссийского комитета помощи голодающим".

 Первой действие в драме "соглашательства" окончилось. Расходясь, члены Комитета спрашивали друг друга: "Верите ли вы в данные Каменевым обещания?".

 -- Должны верить... И хотим верить... -- звучал обыкновенно ответ.

09.07.2021 в 11:44


Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2024, Memuarist.com
Юридическа информация
Условия за реклама