Я теряю свой оптимизм - 1

11

5 декабря - день рождения Ольги. Ей семьдесят шесть лет. По этому поводу выпили по рюмке кагора. По телефону ее поздравили Женя из санатория, Оля из Воронежа и Галя из мурманской больницы. Ей несколько лучше, но говорит она с трудом.

Перед моим отъездом в Орел не обошлось без ссоры с женой из-за масла, которое я купил для Людмилы Алексеевны. Ольга не любит ее и даже, как мне кажется, ревнует меня к ней. Я просто хорошо отношусь к Людмиле Алексеевне и очень благодарен ей за то, что она присматривает за нашей квартирой в мое отсутствие. Поэтому мне всегда хочется как-то отблагодарить ее. Я боюсь ошибиться, но должен признаться, что какие-то виды на меня были у неё. Возможно, что мое хорошее отношение к ней, если не сказать симпатию, она приняла за старческую влюбленность. Допускаю, что у нее был какой-то отдаленный расчет на нашу квартиру. Но не буду углубляться в психологию. Психика человека - дело сложное и не всегда понятное. Одно только скажу, что мысль о том, чтобы соединить свою жизнь на старости лет с какой-либо другой женщиной, никогда не приходила мне в голову.

Орел встретил меня оттепелью. Снег, которого выпало очень много в начале зимы, быстро таял. Декабрьские дни коротки. Сходишь в магазин, прочитаешь газеты, пообедаешь, немного прогуляешься по стадиону, и день прошёл.

Получил орден "Отечественной войны" 2-й степени как участник войны.

В конце месяца позвонил Женя, который только что прилетел в Москву самолетом из Ессентуков, сказал, что говорил с Галей, ей лучше, ее уже отпустили из больницы. Он должен еще слетать на денек к Оле в Воронеж, вернется в Москву и на следующий день улетит в Мурманск, билеты уже купил. Я сразу же решил ехать в Москву, чтобы встретиться с сыном, поспешил сделать все свои дела: побывал на партсобрании, расплатился с долгами, получил продукты, которые продавали участникам войны, и передал их Людмиле Алексеевне, убрал квартиру и рано утром 26-го декабря уехал.

Сына я встретил несколько постаревшим и осунувшимся, видимо сказалась болезнь жены. От него я узнал, что у Гали действительно рак, врачи направляют ее для дальнейшего лечения в Институт медицинской радиологии в Обнинск. Скоро они будут оформляться на пенсию.

27-го в восемь часов утра мы с Женей поехали в Шереметьево. Добирались на метро и автобусе не менее двух часов. Приехали вовремя, к началу регистрации. Вскоре мы с ним расстались. Он пошел на посадку, а я еще долго стоял у окна и смотрел на летное поле, ушёл, когда его самолет поднялся в воздух.