С другой стороны, вновь выдвинулся в Первой Думе и приобрел известную реальность коренной вопрос и основная предпосылка парламентской деятельности в нашем смысле: создание ответственного министерства, опирающегося на прочное большинство Думы. Наконец, мы должны были считаться с нашими законопроектами, рассчитанными на законодательное осуществление нашей политической и социальной программы. А революция быстро шла на убыль, как бы ни старались мы держать высоко наше знамя. При условии этого убывания результат будущих выборов и имеющая сложиться во Второй Думе обстановка парламентской деятельности представлялись мне в довольно мрачном свете. Никакой надежды на продолжение работы хотя бы в прежнем виде у меня не было. Но надежды эти сохранялись в нашем левом крыле. Не помню, к этому ли Гельсингфорскому съезду относилось шутливое замечание Винавера, что от "крыльев" у партии остались только "перья". Помню только, что прения на съезде, приведшие к этой неизбежной операции над "крыльями", были очень бурные, операция была болезненная, и производить ее - и нести одиум за нее - пришлось, главным образом, мне.
В несколько затушеванной форме мы провели основной принцип общего изменения тактики: "не штурм, а правильная осада" Собственно, это было даже не изменение, - а только более последовательное применение того, что мы делали и в Первой Думе. Но сказать это, сделать откровенный вывод из "конфликтов" в Первой Думе, было груднее, чем создавать отдельные факты, сложившиеся в этот общий итог. И, раз высказанный, принцип отказ от "штурма" обязывал. Прежде всего, он обязывал положить, наконец, окончательную грань между нашей тактикой - и тактикой левых. И это было второе решение, обрисовавшееся, сколько помню, уже в Гельсингфорсе. На выборах в Первую Думу, при бойкоте Думы слева, нас поддерживали левые голоса и левые настроения. Теперь, как легко было предвидеть, бойкот будет снят, левые придут в Думу сами и будут действовать от собственного имени. И партия Народной свободы должна была уже на выборах выступить также с собственным лицом, не опасаясь ударов критики и всевозможных извращений, не перестававших сыпаться на нее и слева, и справа.
Свободное копирование
