29 ноября. Москва.
Погода стоит зимняя и очень ровная. Два прошедших дня шёл снег. Снегу уже много. 25 ноября по радио вечером слушал доклад Сталина на VIII Чрезвычайном Съезде Советов по утверждению новой конституции. Интересный доклад по содержанию; но говорит Сталин с сильным грузинским акцентом, что делает не всё разборчиво.
В прошлый выходной после долгого промежутка времени зашёл ко мне Володя Леонов и удивил новостью: он уже почти женился на студентке параллельной группы своего института Ольге Гренивицкой. Сейчас он занят поиском комнаты, чтобы уже окончательно оформить женитьбу.
Несмотря на то, что группа наша стала за последнее время слишком серьёзной, иногда ребята здорово дурачатся. Как-то Стоцкий немного опоздал на урок теплотехники. Сейчас же у проекционного аппарата появился Талдыкин, зажёг свет (окна были затемнены) и вставил разрез коленчатого вала в коробку, наведя изображение на экран доски. Там же появился Быховский и начал плести такую чушь, что нельзя было удержаться от смеха. «Вот это головки штырей, — говорил Быховский, водя рукой в неопределённом направлении по экрану, — на которые надевается...» — «Эй! Быховский! — кричит ему Крылов, — что же это такое? Там две головки, а у тебя всего одна... седай на место!» В кабинете стоит хохот. Девчата делают непонятливые рожицы, но сами рады. А тут ещё воспользовавшись темнотой и замешательством, поднимается Крылов и кричит во весь голос: «Внимание! Сейчас Белов объяснит, как попасть через эн-же (Ng) в эн-ли (Nl)». Тут уж никто не может удержаться от хохота. Сначала многие не поняли, в чём дело, но, разобравшись, хохотали форменным образом до слёз.
Сегодня в институте вечер по поводу предстоящего 100-летия со дня смерти Пушкина. Я не хотел ехать на вечер, так как вечера самодеятельности редко бывают хорошими. И поэтому поехал к Алле. Но дома никого не было, волей-неволей пришлось ехать на вечер. И не напрасно. Вечер вышел очень приличный. В институте оказалось много хороших певцов, танцоров и артистов. А главное, совершенно для меня неожиданно познакомился с одной девушкой. Когда она вошла, все места уже были заняты. На неё многие обратили внимание: высокая, стройная, хорошо одетая, с красивыми рыжими волосами (а рыжие волосы редко бывают красивыми), очень свободно себя держала.
Такие птицы редко заглядывают в наш институт, а потому и видеть их очень необычно. На вид ей можно дать лет 17-18, но по своему довольно свободному поведению она уже совершенно самостоятельная девушка. Мог ли я рассчитывать на знакомство с ней? Над этим я не задумывался и не пытался: я таким девушкам не доверяю. Но получилось так, что она оказалась возле меня, я с ней заговорил, затем впереди занял места... Она оказалась очень весёлая и неглупая. Внутреннее её содержание выше, чем я мог ожидать по внешним признакам. Рассказала, что она сейчас на практике в акушерской больнице. Учится на последнем курсе в медицинском техникуме (там срок обучения три года) на акушерском отделении. Жалуется, что в техникуме почти одни девчата. Зовут её Аней Егоровой. Дала свой адрес и телефон. Проводил её до дома (район Крестьянской заставы), договорились 5 декабря идти вместе на каток. Могу ли я доверять моей незнакомке Анечке? И да, и нет. Но если она обманет — пусть, я не буду жалеть. Это случайное знакомство, я не рассчитываю на его долговечность. С таких девочек большего требовать нельзя. Из всего этого я делаю лишь один практический вывод: у меня способов знакомиться гораздо больше, нежели я когда-либо от себя ожидал. Я почти до самых последних дней находился в положении Льва Толстого в молодости, который стеснялся своей «безобразности» и избегал девочек.
Свободное копирование
