С. С. Дзержинской
[Берлин][1] 28 октября 1918 г.
Моя дорогая!
Только сегодня в 12 часов мы едем дальше. Вчера здесь состоялся ряд собраний, на которых выстукал Либкнехт, а потом – демонстрация. Демонстрантов разгоняли шашками, имеются тяжело раненные. Часть демонстрантов прорвалась через полицейские оцепления и остановилась перед [советским] посольством, приветствуя его, размахивая шапками и платками, провозглашая возгласы «Hoch!».[2] Это лишь начало движения. Массы ждут переворота. Недостает лишь группы пионеров с достаточной волей и авторитетом.
Роза[3] все еще сидит, и неизвестно, когда ее освободят. Ожидают, что скоро. Либкнехт полностью солидаризуется с нами. В более широких кругах партии слаба еще вера в собственные силы, и отсюда чисто «пораженческие» настроения.
Над нами (Россией), по-видимому, собираются тучи не только со стороны Антанты, но и Германии, и нас, вероятно, ожидает период очень тяжелой борьбы.
Карского[4] австрийцы не пустили, и вчера он обратно уехал в Москву, чтобы поехать в качестве нашего консула в Варшаву.
Шлю привет Марыльке, Стефану и Янеку.
Крепко обнимаю и целую вас.
Ваш Феликс
Свободное копирование
