С. С. Дзержинской
[Москва, Губернская тюрьма] 20 июля 1916 г.
Дорогая моя Зося!
Что-то давно не имел от тебя известия, а в последнем твоем письме от 14/VI было о нездоровье Ясика. Может быть, ты пишешь в Бутырки? Меня же, по всей вероятности, оставят еще на пару месяцев в Губернской, чтобы здесь научиться шить на машине. Пиши мне сюда, все равно, если меня переведут раньше – письмо мне отсюда перешлют. Я немного беспокоюсь из-за твоего молчания, а письма твои столько радости и жизни вносят в камеру.
Что с Юльком?[1] Без его поддержки тебе теперь, наверное, очень тяжело. Как ты решила насчет отъезда к отцу? Мне недавно снился Ясик, как живой остался потом в памяти, – и тоска грызет. Когда увидимся и будем вместе? Не могу иной раз думать – лучше озлобить сердце свое, одеревенеть и стать чурбаном. Жизнь влечет, но пусть заснет тоска, и сердце пусть умолкнет… Кругом холодные стены… Смотрю сквозь решетку на бегущие тучи, на ласточек и голубей, на небо запада все в огне и красках – и спокойствие снова возвращается и надежда. Жизнь, великая, непобедимая жизнь!
Феликс
3 августа
Все-таки меня сегодня переводят уже в Бутырки – пиши туда.