Итак, проходят последние дни перед освобождением. Забыл упомянуть о том, что с наступлением тепла зимнее обмундирование и валенки мы сдали. Шапку-ушанку и хороший теплый бушлат мне оставили, потому что иначе мне было бы не в чем освобождаться. Хорошее пражское пальто у меня было украдено давным-давно. Нам выдали вполне приличное летнее обмундирование. Выдали и новые весьма приличные ботинки.
Мне запомнился разговор с одним блатным, довольно культурным человеком, с которым я поддерживал некоторые словесные отношения. Сказал ему, что на днях я выхожу на свободу. Он мне заявил:
- И никто о вас не пожалеет, решительно никто. Вы не жалели людей.
Мне сразу же стало ясно, что он имел в виду. Лабораторных фальшивок ни им, блатным, ни прочим заключенным я не писал. Ответил ему откровенно.
- Прежде всего, я не желал попасть под суд и получить продолжение срока, а анализы я делал аккуратно и, думаю, что этим кое-какую пользу людям приносил. Жалел, если хотите.
На этом наш разговор закончился. Руки мы на прощанье друг другу не подали.
Свободное копирование
