Из дневников - 128

Более полновесного счастья, чем счастье матери, целующей своего, ещё еле лепечущего ребёнка, не может быть даже мыслимо.

Боже! Боже, Боже, Боже мой! Если бы немного иначе обернулась жизнь, какие бы блаженные пути открылись бы мне.

1 октября. Вечером. Женичкина комната. Прощаясь с Мумой, которая лепетала: “Поди сюда, дядя Миша”, — и что-то распевала, вся розовая, толстенькая, в белоснежной постельке, точно с рисунка на какао.