В 1863 году по инициативе Слепцова устроились частные популярно-научные лекции для женщин. На моих глазах происходили все хлопоты Слепцова относительно организации этих лекций. Наконец они открылись в квартире одного господина из общих наших знакомых. Быть лекторами на этих лекциях Слепцов уговорил нескольких молодых людей из сочувствующих женскому вопросу. Правда, что это были не ученые специалисты, но настолько образованные люди, что женщины могли вынести из их лекций элементарные сведения по физике, химии и гигиене. Слепцов также был в числе лекторов и должен был читать на первой лекции о составе воды и о применении ее силы к механике. Все лекторы добросовестно готовились к лекциям.
Я приехала на лекцию аккуратно в назначенный час, но все стулья уже были заняты слушательницами, между которыми находились дамы и девицы не из круга учащихся. Слепцов засуетился, видя, что для меня нет стула.
- Я повытаскал в залу стулья из всех комнат, - говорил он, - только в кухне осталась табуретка. - И добавил и гордостью: - Видите, я был прав, что в наших лекциях чувствуется большая потребность - сколько явилось слушательниц! Погодите, скоро эта зала окажется малой.
Нельзя было строго относиться к читавшим лекции, потому что никто из них не предназначал себя к этой профессии, и все в первый раз читали публично.
Когда очередь дошла до Слепцова, то он шепнул мне:
- Вообразите, я чувствую нервную лихорадку, мне стыдно читать мою пародию на лекцию.
Я торопила его идти на импровизированную кафедру. Он произнес "осрамлюсь" и пошел к столу, но, сохраняя наружное спокойствие, так что никто и не подозревал, что он сильно оробел.
Наружность у Слепцова была очень эффектная и отличалась изяществом; у него были великолепные черные волосы, небольшая борода, тонкие и правильные черты лица; когда он улыбался, то видны были необыкновенной белизны зубы. Цвет лица был матово-бледный. Он был высок, строен и одевался скромно, но тщательно.
Лекция Слепцова была не лучше других, но он читал мастерски и когда окончил чтение, то слушательницы зааплодировали.
С лекции я пошла домой пешком; Слепцов и еще двое наших общих знакомых провожали меня. Слепцов объявил нам, что более не будет читать лекций. Мы все удивились и стали его спрашивать: почему?
- Достаточно для меня и один раз испытать те ощущения, какие я сегодня испытал, - отвечал Слепцов. - Точно стоял на лобном месте и подвергался позорной экзекуции.
И Слепцов принялся смешить нас, критикуя свою лекцию.
- Меня надо было освистать, прогнать из залы за мою лекцию, - говорил он.
- Зачем же вы так торопились начинать лекции? подготовились бы хорошенько! - заметила я Слепцову.
- Надо было торопиться, - ответил он, - если бы отложить начало лекций, то одушевление прошло бы, и тогда, пожалуй, они не удались бы; есть пословица: куй железо - пока горячо! Главное дело сделано - дан толчок.
Свободное копирование
