На даче я обыкновенно вставала рано и шла купаться. Не было еще 7 часов, когда я вошла в стеклянную галерею, чтобы выйти в парк, а Костомаров уже сидел в ней.
- Что лихорадка ваша? - спросила я его. Костомаров ответил, что всю ночь не спал, поинтересовался, в котором часу отходит первый пароход, и вдруг шутливо спросил:
- Посмотрите... что это за человек идет?
Я стояла спиною к стеклянной двери и обернулась.
- Это наш Петр, вероятно, с купанья идет, - сказала я и велела лакею скорей ставить самовар, чтобы напоить Костомарова кофеем.
Я уже не пошла купаться, а осталась с Костомаровым. Я посоветовала ему не ехать на пароходе, так как он чувствовал себя нехорошо, а между тем могла случиться качка.
- Лучше я велю заложить дрожки, - сказала я, - вас довезут до Петергофа, а там вы найдете себе полуколяску и доедете гораздо спокойнее.
Костомаров очень обрадовался моему предложению и сказал, что, при его настроении духа, ему было бы неприятно находиться в толпе пассажиров. Он с нетерпением ждал, когда кучер заложит дрожки.
Я разбудила Панаева и сообщила, что Костомаров уезжает.
Панаев, заспанный, вышел к Костомарову, который засуетился, увидав, что дрожки готовы.
Панаев, прощаясь с ним, сказал:
- Приезжайте к нам, когда вздумаете, с утра и ночуйте у нас.
- Ну нет! - ответил Костомаров. - Благодарю: моя поездка к вам произвела на меня такое впечатление, что я носу не покажу в ваш Петергоф.
Он уже сошел было с ступенек галереи, но опять вернулся, говоря:
- Боже мой, где же у меня голова, такую важную вещь забыл. Надо же нам сговориться, чтобы не было противоречия в показаниях.
- Каких? - спросил Панаев.
- Господи, ну, если будут спрашивать о потерянном свертке.
- Да полноте, Костомаров!
- Нет! я человек бывалый...
- Скажу, что я потерял! - произнес Панаев. Костомаров опешил.
- А свидетель?
- Какой?
- Извозчик! Панаев засмеялся.
- Забудьте вы о "Колоколе", сообразите сами, ну как возможно разыскать, кто потерял на шоссе сверток! Ваш извозчик не знал о потере его?
- Еще бы я ему это заявил! Я отдал деньги, сказав, что раздумал ехать на пароход, и пошел назад, а он поехал дальше.
- Ну, так как же он может указать на вас? Костомаров задумался, махнул рукой и произнес: "Ну, чему быть, того не миновать!" - и, пожав нам руки, сел на дрожки и уехал.
Свободное копирование
