Озеро Таймыр... - 37

13 августа

Геологи ушли в маршрут. Перед уходом Саша (как-никак он все-таки начальник, а для Петьки — в особенности) строго-настрого велел ему согреть воды и вымыть уши и шею.

— Иначе вечером будем мыть принудительно, — добавил он, — и отнюдь не теплой водой.

То ли Петька действительно испугался этой угрозы, то ли хотел потрясти весь отряд и особенно Константина Ивановича (его он и боится, и уважает), но решил он вымыться целиком. Он нагрел два ведра воды, посреди огромной лужи, что раскинулась за нашей палаткой, поставил три раскладных стула (на один поставил ведро с горячей водой, на другой положил мыло, мочалку и другие принадлежности для «купания», на третий уселся сам) и не только как следует вымылся (я даже от души потер ему спину), но впервые без всякого принуждения вычистил зубы. Пришлось и мне повторить его подвиг. Правда, мылся я не в луже, а в озере (в остальном технология была та же — ведра с горячей водой и раскладные стулья, стоящие в холодной воде). Заодно устроил я и постирушку: выстирал вкладыши и полотенца.

В обед Петька признался мне, что уже давно тоскует о «тушеночке» (и это при нашем изобилии нежнейшего и вкуснейшего мяса — вот извращенец!). Пришлось вскрыть ему одну банку и разогреть на сковороде. К моему изумлению (я-то думал, что он ковырнет это варево и отставит прочь), он действительно сожрал банку этой мерзости целиком. Ничего не понимаю!

Для испытания наших дрожжей поставил я кислое тесто, укутав его в свою шубу. Дрожжи оказались такими «ходкими», что тесто наше даже убежало. К возвращению ребят стал я жарить оладьи на постном масле, и тут ждало меня большое огорчение: наша глубокая чугунная сковорода (ах, как я был рад в Игарке, когда разыскал ее на складе!) имеет трещину, через которую масло льется прямо на горящий примус. Какая жалость! Оладьев тем не менее я напек, хотя помучился при этом изрядно.

Вечером, едва разглядев на склоне холма фигурки возвращающихся геологов, Петька бросился им навстречу, чтобы похвастаться своим подвигом. И подвиг был оценен по достоинству: Петька был награжден персональной банкой сгущенки.

Весь вечер Константин Иванович собирался в большой одиночный маршрут (то есть отправится он туда один) на озеро Неприветливое — напрямик до него километров пятнадцать, не меньше. После этого мы будем сворачивать лагерь и двинемся вниз по Нижней Таймыре. Да и то сказать: пора. Петька давно уже тоскует — надоело ему сидеть на одном месте, да и мне маленько наскучило, если честно признаться. Но это будут решать геологи (работа — прежде всего!). А кроме того, наш мотор «Ветерок» (вернее «Матерок») пока толком не работает. А двигаться вниз на веслах — безумие.

Перед сном возле нашего лагеря появился вдруг одинокий полярный волк. Постоял, посмотрел на нас, потом сам испугался своей смелости и скрылся в одной из бесчисленных лощинок.